Читаем Брат мой Каин полностью

– Перестань играть в солдатики, – спокойно ответил сыщик. – Если тебе пришлось возиться с ранеными в Крыму, это еще не значит, что ты стала что-то смыслить в военном деле.

– Как раз наоборот! – ответила медсестра, стремительно обернувшись. – На войне гибнут солдаты, и это главное правило военного искусства. Спроси любого, кто там побывал, – кроме, конечно, наших тупых генералов.

Монк невольно улыбнулся, однако улыбка у него получилась весьма мрачной.

– Ты все-таки необыкновенная женщина, – заявил он. – Ну и как, по-твоему, я должен действовать в этом сражении? Может, мне следует ее застрелить, осадить в крепости, отравить колодцы или дожидаться, пока ее доконает зимний холод? Или уповать на то, что она тоже подхватит тиф?

– Обратиться к другой женщине, – ответила мисс Лэттерли, тут же пожалев о собственных словах. Она еще не успела разработать каких-либо планов, и ей в голову не приходило никаких мыслей – просто ее сейчас охватило горячее желание добиться победы любой ценой.

Такое предложение привело Монка в замешательство.

– К другой женщине? – переспросил он. – Зачем? К кому?

– Ко мне, конечно, идиот! – воскликнула медсестра. – Ты абсолютно не разбираешься в женщинах и в том, как они мыслят. Ты никогда этого не понимал. Она явно ненавидит тебя. Как ты с ней познакомился?

– Я столкнулся с ней на лестнице возле Географического общества. Или, может быть, это она столкнулась со мной…

– Ты предполагаешь, что она подстроила это специально? – спросила Эстер, не скрывая удивления. Женщины прибегают к таким уловкам гораздо чаще, чем кажется большинству мужчин.

– Я решил это сейчас, раньше я так не думал. – Взгляд Уильяма на мгновение сделался горестно-веселым. – То-то она, наверное, удивилась, когда я ее не узнал! Мы с нею разговаривали несколько минут, и она все это время ждала, когда я ее вспомню, пока, наконец, не убедилась, что я ее начисто забыл.

– Так ты что же, вообще ничего не помнишь? – настойчиво спросила мисс Лэттерли. – У тебя не осталось даже никаких впечатлений?

– Нет! Конечно, нет, иначе я не стал бы этого говорить. Я перебрал в памяти все, что только мог, но мне так и не удалось ничего вспомнить о ней. У меня не возникло никаких ассоциаций.

Эстер обратила внимание на промелькнувшее в глазах сыщика выражение абсолютной беспомощности, на тени и проблески воспоминаний о жестокости и на отражавшиеся в его взгляде постоянно преследующие его страхи. Но потом все эти видения разом пропали, и девушка вдруг почувствовала нежность к этому человеку – ей захотелось защитить его во что бы то ни стало.

– Теперь это все равно не имеет значения, – сказала она, приблизившись к Монку и слегка дотронувшись до его головы, так что пальцы ее лишь на мгновение соприкоснулись с его волосами. – Главное, кем она является сейчас. Я подумаю, как нанести ей ответный удар. Не беспокойся. Только постарайся больше не попадаться ей на глаза. Продолжай искать Энгуса Стоунфилда.

– По крайней мере, на Собачьем острове я не рискую столкнуться с каким-нибудь сумасбродным типом из высшего света, которому захотелось окунуться мордой в грязь! – злобно заявил детектив. – А если я кого-то изнасиловал, это только укрепит мою репутацию среди тамошних жителей.

– По-моему, на это обратят внимание лишь в том случае, если ты пожелаешь там остаться, – колко заметила мисс Лэттерли, повернувшись к двери. – А пока держи порох сухим.

Монк с нескрываемым сарказмом отдал ей честь:

– Есть, господин генерал!

* * *

Однако, покидая дом Рэйвенсбрука, сыщик чувствовал себя слегка полегче. В душе у него как будто ничего не изменилось: в нем по-прежнему закипал гнев, а страх оставался столь же острым. Однако теперь он больше не был одинок и поэтому уже не испытывал прежнего отчаяния, заставлявшего его страдать больше всего.

Уильям шагал по тротуару, не замечая прохожих, если только не наталкивался на них. Теперь он не обращал внимания даже на стекавшие по его лицу капли смешавшегося с копотью дождя. Он найдет то место, где Кейлеб убил собственного брата. Возможно, ему не удастся обнаружить труп, но он отыщет подтверждающие смерть Энгуса доказательства и станет свидетелем того, как Кейлеба повесят за это преступление. Наверняка существуют какие-нибудь улики или где-то есть свидетель, так что может возникнуть определенная цепь событий, в результате чего Кейлеб не сможет уйти от ответственности. Монк должен выяснить, где произошло убийство и кто о нем знает, каких бы усилий это от него ни потребовало.

Ближе к полудню детектив добрался до Собачьего острова и вновь вошел в знакомый дом на Манила-стрит, собираясь переговорить с Селиной, которая сначала не пожелала его видеть. Она казалась чем-то напуганной, и Уильям догадался, что Кейлеб недавно был здесь. Девушка упорно молчала, оставаясь преданной своему сожителю и в то же время испытывая перед ним страх. И на это у нее, судя по всему, имелись веские причины.

Монк стоял напротив нее посреди холодной, чисто прибранной комнаты.