Читаем Браслет Агасфера полностью

Ну вот, в который раз пришлось убедиться, что первые порывы души — самые верные. И если начинаешь думать или прислушиваться к окружающим, верная гарантия, что собственные размышления и чужие советы выйдут боком. Ведь хотел прибить этого маленького звереныша, купленного Мегидом, да пребудет его душа в покое в объятиях Харга, на Севере. Нет, послушался скрягу-купца, купился на его посулы о тройной выплате и в результате пришлось вообще без гроша за душой бежать сломя голову из Галата. Да потом еще столько сезонов ошиваться в захолустье, ожидая, пока те, кто методично и тщательно зачистил всю команду Мегида, успокоятся и забудут о безвестном наемнике. А не пожадничай купец и пошли подальше ту атаманшу с кучкой бандитов, глядишь, до сих пор бы занимался вполне прибыльным делом. Нет, решил обогатиться продажей сразу двух детенышей благородных соллов! Болван!

Страйк по прошествии пары сезонов потихоньку, осторожно попытался вернуться к ремеслу наемника и неожиданно обнаружил, что за его голову негласно назначена награда. Некто неизвестный оценил рядового наемника в сотню золотом. Да за такие деньги Страйк, как и большинство его знакомых, мать родную продал бы! Хорошо еще, он хоть узнал о подобном предложении от одного молодого хлыща, решившего прославиться, занимаясь наемничеством. Страйк встретился с ним на границе Кэлла и Ирремеля далеко на юге, где ему пришлось какое-то время служить охранником в захудалой харчевне. Услышав, как зовут охранника, проезжий наемник и рассказал о предложении. Конечно, этот отпрыск небедных родителей, а в его кошеле Страйк обнаружил пятнадцать золотых, никогда и никому уже ничего не расскажет, как и хозяин харчевни и его жена. Это заведение по нечаянности одного из постояльцев загорелось, дело было ночью, никто так и не успел проснуться.

Страйк дождался, пока здание, занявшееся с четырех углов, заполыхает одним огромным факелом, после чего отправился на Восток, решив, что лучший способ спрятаться, — это быть все время на виду и там, где тебя никто и не подумает искать.

По приезде в Шарью он сразу же отправился на вербовочный пункт и поступил на службу в кавалерийскую регулярную часть. С тех пор Страйк уже в имперской форме в але Барраса побывал практически на всех южных границах империи: от Тауланского канноата до Мокрых гор и Южного моря. Они ловили контрабандистов и разбойников, усмиряли вечно бунтующих кочевников, уничтожали перевозчиков крэга и их грузы… Не всегда это были безопасные рейды, но кавалеристы с радостью выполняли подобные задания. Из задержанных грузов десятая часть шла им как премия, да самые ловкие еще ухитрялись обчистить карманы задержанных до сдачи властям. Благо, Баррас — командир алы — не обращал на подобные нарушения дисциплины особого внимания.

Страйк постепенно втянулся в армейский быт и ему даже порой начинала нравиться его новая жизнь, тем более что в увольнительных никто не запрещал кавалеристам расслабляться сообразно наклонностям и желаниям.

А потом в империи вспыхнул мятеж, и бывший наемник, даже реши он вернуться к прежнему образу жизни, остался бы не у дел. Торговля практически прекратилась, и большинство наемников сидели без работы, перебиваясь случайными заработками.

И тут на тебе! Судьба все-таки настигла Страйка! Поимка на въезде в Кунгей странного наемника с клеймом раба на плече прервала спокойное существование имперского кавалериста. Когда командир поинтересовался, знает ли Страйк этого типа, бывший наемник наткнулся на пристальный взгляд светло-голубых глаз, и ему сразу же вспомнился бредущий в толпе рабов маленький северянин. У того были такие же точно глаза. А когда задержанный снял с головы платок, повязанный на манер кочевников из Таулана, и Страйк увидел пепельный ежик волос, он полностью уверился, что это и есть купленный у разбойничьей шайки солл. Да и по времени все совпадало. Северянин-подросток как раз должен был за эти сезоны стать мужчиной.

Пока задержанного препровождали в Кунгей, Страйк себе места не находил. Он боялся, что северянин расскажет свою историю, в которой всплывет имя одного из кавалеристов Барраса, но пепельноволосый наемник, похоже, ничего не помнил из своего детства. Да и разве служил бы он в наемниках, зная, что является благородным соллом? Этими соображениями Страйк окончательно успокоил себя, тем более что северянин попал в тюрьму, где содержались особо опасные преступники. А послушав историю купеческой дочки и ее искалеченного брата, вовсе пришел в благодушное настроение. И по гораздо меньшим обвинениям шли на каторгу или прямиком на виселицу. Так что призрак из прошлого можно было списать и забыть…

И каково же оказалось его изумление, когда Баррас отрядил Страйка и еще четверых кавалеристов в распоряжение паладина Света! Вернее, не изумление, а испуг. Ведь надо было ехать в Галат, где Страйк до сих пор побаивался появляться. А уж когда он узнал, что они должны будут сопровождать задержанного пепельноволосого наемника…