Читаем Брандмаузер полностью

Объяснить ему, что я знаю, что он врёт, придётся, пока я не прочту ему гороскоп. «Слушай, приятель, даже если это незаконно, за такую работу тюрьмы не предусмотрено. Подумай сам: если они узнают, что ты узнал об их дурацком ксероксе, они действительно пойдут в полицию? Ну и ну.

Подумай об акционерах, подумай о дурной славе. Так дело не пойдёт, приятель. Поверь мне. То, что с тобой было раньше, было по-другому. Это было делом правительства». Я не мог сдержать любопытства. «Кстати, за что тебя поймали в Менвите?»

Он начал нервничать. «Нет, приятель, я ничего не скажу. Я отсидел свой срок и никому ничего не говорю. Я не хочу возвращаться». Его голос начал напоминать старую пластинку.

Он был в затруднительном положении. Я знал, что ему нужны деньги, но он никак не мог принять решение. Пора менять тактику. «Знаешь что, давай просто пойдём со мной, посмотрим, а если не понравится, можешь вернуться. Я не собираюсь портить тебе жизнь, приятель».

Я просто пытаюсь оказать нам обоим услугу».

Он переминался с одной ягодицы на другую. «Не знаю. Дженис это не понравится».

Я снова подвинулась на диване, чтобы моя задница оказалась на краю, и заговорщически произнесла: «Дженис не нужно знать. Просто скажи, что едешь в Шотландию. Легко». Шипение газового камина было отчётливо слышно сквозь мой шёпот. Я решила дать ему немного больше стимула.

«Где твой туалет, Том?»

«Через кухню вы увидите дверь».

Я встала и взяла сумку с собой. «Ничего личного», — сказала я. «Рабочие дела, понимаешь?»

Он кивнул, и я не совсем понял, понял он или нет, потому что я сам не понял.

Я зашёл в туалет. Я был прав: ванная была частью кухни, отгороженной куском гипсокартона, чтобы владелец мог заявить о большем количестве комнат и брать больше за проживание здесь. Я сел на горшок и отсчитал шесть тысяч долларов. Я уже собирался сунуть их в карман, но решил немного успокоиться и положить две тысячи обратно в сумку. Спустив воду, я вышел оттуда, разговаривая.

«Я знаю только, что это лёгкая работа. Но ты мне нужен, Том, и, если честно, деньги нужны тебе так же, как и мне. Слушай, вот что я хочу для тебя сделать».

Я засунул руку в карман и вытащил четыре тысячи, при этом другой рукой переворачивая их, чтобы они выглядели и звучали еще привлекательнее.

Он изо всех сил старался не смотреть на неё. Даже эта сумма, вероятно, могла бы изменить его жизнь.

«Вот как мне платят – долларами США. Вот четыре тысячи. Возьми, это подарок. Оплачивай счета, как хочешь. Что ещё сказать? Я всё равно пойду и сделаю свою работу. Но если ты пойдёшь со мной, мне нужно знать сегодня. Я не могу тянуть».

Если он не ответит «да» до этого вечера, настанет время гороскопа.

Ему все равно будут платить, просто работа не будет приносить ему столько удовольствия.

Он потрогал деньги, и ему пришлось разломить их пополам, чтобы засунуть в карманы джинсов. Он попытался изобразить серьёзное, деловое выражение лица. Не получилось. «Отлично. Спасибо, Ник, большое спасибо».

Что бы ни случилось, он мог бы получить деньги. Это меня радовало, и, учитывая, что всё остальное в моей жизни шло наперекосяк, мне это было необходимо.

Но мне нужно было убедиться, что он не напортачит и не позволит выследить меня. «Не ходи в банк менять или вносить деньги, они подумают, что ты наркоторговец. Особенно с таким-то адресом».

Его улыбка стала шире.

«Обменяйте валюту в нескольких пунктах. Курс будет отвратительным, но ничего страшного. Хорошего вам дня. Возьмите такси — вы можете себе это позволить.

Только не меняйте больше трёхсот долларов за раз. Да, и ради всего святого, купите себе тёплое пальто.

Он поднял взгляд, и улыбка превратилась в смех, пока он изображал петуха. Смех так же быстро оборвался, когда раздался звук ключа, входящего в дверной замок.

«Чёрт, это Дженис. Не говори Джек. Обещай мне, Ник».

Он встал и убедился, что его толстовка прикрывает две выпуклости в его карго. Я присоединился к нему, и мы стали ждать у огня, словно королева собиралась приехать.

Она открыла дверь, почувствовала жар и посмотрела прямо на Тома, полностью игнорируя меня. «Ты забрала бельё?» Направляясь на кухню, она начала сбрасывать своё коричневое пальто.

Том скривился, извиняясь, и ответил: «О, э-э, нет, он не был готов, сушилки сломались. Я заберу его через минуту».

Это Ник. Это он звонил сегодня утром.

Она бросила пальто на подлокотник дивана, глядя на меня. Я улыбнулся и сказал: «Привет, приятно познакомиться».

«Привет», — проворчала она. «Так ты его нашла?» — и исчезла на кухне.

Дженис было лет двадцать пять, она была не то чтобы непривлекательной, но и не привлекательной, просто обычной. Волосы были собраны в хвост, чуть длиннее, чем у Тома. Они были не то чтобы жирными, но выглядели так, будто её сегодня не мыли.

На ней было слишком много макияжа, и на ее подбородке образовалась складка.

Я снова села, но Том остался стоять у огня, не зная, что сказать мне о своей противной подружке. На кухне хлопали дверцы шкафчиков, когда она дала о себе знать.

Она вернулась в гостиную с шоколадным батончиком и банкой колы.