Читаем Брандмаузер полностью

Я услышал жужжащий звук, доносившийся с другой стороны досок, высокий и электрический, непохожий на пульсирующий дизельный звук дальше, в другом здании. Человеческих голосов не было, но я знал, что они где-то есть. Я никогда не думал, что мне захочется услышать, как Том просит чашку травяного чая: «Моё тело — храм, понимаешь, о чём я, Ник?» Но этого не произошло.

Перешагнув через тросы, мне потребовалось ещё девять медленных и осторожных шагов до следующего окна, чтобы добавить их к двадцати двум. Скоро я узнал, сколько детонационного шнура мне понадобится, чтобы снять его с катушки.

Это окно тоже было заколочено, но света всё же было немного больше. Два листа фанеры толщиной в четверть дюйма, которые должны были плотно прилегать к стеклу, не прилегали, оставляя справа зазор в полдюйма.

Демонстрируя Гудини, я повернул голову, чтобы получить хороший угол обзора, прижимая её вплотную к железным прутьям. Шляпа служила идеальным теплоизолятором. Я мельком увидел очень яркий свет, под которым я увидел ряд из пяти или шести серых пластиковых мониторов, обращённых ко мне. Их задние вентиляционные отверстия были чёрными от жжёной пыли. Судя по тому, что я видел, эта задняя половина здания представляла собой одну большую комнату.

Пока я поправлял голову в очередной попытке разглядеть что-нибудь получше, внутри потемнело. Кто-то заслонил мне обзор. Я наблюдал, как он наклонился вперёд, опираясь на руки, его голова мотала из стороны в сторону, пока он изучал разные экраны перед собой, не более чем в двух футах от меня. Ему, должно быть, было около тридцати пяти с короткими тёмно-русыми волосами на макушке очень квадратной головы, и на нём был узорчатый свитер с круглым вырезом, которым гордилась бы мать любого гика. Он начал улыбаться, затем кивнул сам себе, поворачиваясь к проёму. Теперь он был не более чем в футе от меня, когда ответил на быстрый агрессивный русский голос позади него. Он посмотрел на что-то, и что бы это ни было, он был рад этому. Может быть, Том придумал для них товар, и они получили Эшелон. Если так, то это ненадолго.

Он взял лист распечатанной бумаги и помахал им тому, кто стоял позади него, а затем скрылся из виду и вернулся в комнату.

Вероятно, это было рождественское меню обеда от Командования космических и военно-морских боевых систем в Сан-Диего. Казалось, они знали всё, что там происходило.

По крайней мере, я знал, где находится набор, который нужно уничтожить. Теперь мне оставалось только найти Тома. Я ждал дальнейшего движения ещё пятнадцать минут, не спуская глаз с проёма, но ничего не произошло. Мне стало очень холодно, пальцы ног онемели. В «Короле Льве» сказали, что сейчас всего лишь 5:49; будет ещё гораздо холоднее.

Я двинулся к следующему углу цели, к генератору. Оставалось ещё пять шагов, итого тридцать шесть. Я был рад: детонатора было хоть отбавляй.

Я повернул направо и прошёл по узкому проёму между двумя зданиями, перешагивая через кабель генератора, лежащий в снегу. Как и в случае со спутниковыми кабелями, в кирпичной кладке объекта была пробита дыра, которую засыпали пригоршнями бетона.

Я вернулся в генераторную и начал готовить комплект. Первым делом я проверил, есть ли батарейки во внутреннем кармане: в Демсах потерять контроль над устройством инициирования – тяжкий грех, как и оставить оружие дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. Я держал их поближе к телу, чтобы они не затупились на холоде; им нужно было сработать с первого раза.

Мне не нужен был свет для разматывания детонационного шнура, потому что я знал, что делаю, но шум генератора заглушал бы любое движение человека, входящего в здание, поэтому мне приходилось не спускать глаз со входа, пока я работал. Поместив катушку между ног, я держал свободный конец в правой руке и вытянул руку, проталкивая детонационный шнур подмышку левой. Я проделал это тридцать шесть раз, плюс еще пять, чтобы покрыть то, что мне нужно было сделать на стене по эту сторону цели. Я добавил еще два на удачу, перерезав его своим почерневшим Leatherman. Затем я положил его на пол рядом с зарядами. Теперь это называлось главной линией и должно было использоваться, чтобы послать ударную волну ко всем зарядам одновременно через их детонационные хвосты.

Следующим шагом мне предстояло разобраться с маленькой идеей, которая пришла мне в голову насчёт топливного бака. Я представлял себе самый впечатляющий взрыв по эту сторону Голливуда. Когда бак взорвётся, это будет не самый впечатляющий взрыв в мире, но эффект будет феноменальным.