Читаем Boy Meets Evil (СИ) полностью

Поток мыслей превращался в сплошную какофонию, которую усугублял вороний крик, и он не представлял, какого черта эти двое могли так трезво и рационально соображать, пока его так не по-детски крючило на все лады. Было в этом что-то неправильное.

— Стоп! — громко выдохнул Чонгук. — Все замерли и дали подумать!

Он судорожно вспоминал слова Сокджина об истории различных испытаний, попутно пытаясь сообразить самый оптимальный план действий для них. Воспоминания яркими кляксами всплывали в сознании: «Испытания проводят не только для того, чтобы выявить самого сильного мага, но и для того, чтобы понять — сможет ли он совладать с собой», «Во время Испытания тебе будет казаться, что все и вся против тебя — это не так, слушай разум, а не сердце», «Испытание проверяет будущего главу на прочность не только физически, но и ментально. Страх — твой самый главный враг на этом Испытание».

— Блять, — хмыкнул довольно Чонгук, ероша волосы на затылке и выпрямляясь, пока Тэхён с Рен растеряно смотрели на смеющегося парня. — Я всё понял, всё понял. Понял я.

— Чонгук, — легонько дернула его за плечи Рен, — мы рады, что ты всё понял, а теперь будь добр и объясни нам.

— Это лабиринт страха! — воскликнул радостно Чонгук, тряся девушку в ответ. — Сокджин сделал лабиринт страха! Пока вы будете бояться — лабиринт будет питаться вами и подкидывать дров с помощью слуховых и визуальных галлюцинаций.

— Вот же сукин сын, — выругался Тэхён, оглядываясь по сторонам, — мог бы и предупредить, знак там какой-нибудь подать. Я думал у меня перепонки лопнут от Каири.

Стоило им только осознать это, как вороний крик стих, лишь где-то вдалеке раздавалось реальное, приглушенное расстоянием, карканье.

— Спасибо, ребятки, — хрипло усмехнулся, образовавшийся из ниоткуда Юнги и поспешил скрыться обратно.

— Сука! А ну, стой! — вскрикнул Тэхён, срываясь с места вслед за Шугой. Послышался громкий хлопок, а потом в нескольких метрах от них брякнуло железо — Тэ и Юнги сцепились.

— Пойдем, — Чонгук схватил Рен за руку и повернул, стараясь отдалиться от борьбы, которую затеяли старшие. — Он потом нас найдет.

По плану Юнги должен был включить свою невидимость, метнуться в стан врага и вернуться — всё это сделать надо было быстро. По факту вышло, что Чимина скрутило адской панической атакой примерно метров через сто. Он слышал адский крик своего фамильяра, который почему-то перекликался с рёвом лисы. На самом деле, Чимин никогда не слышал, как воют лисицы, но почему-то был уверен в том, что именно так — пронзительно, отчаянно и прямо ему в душу, потому что кричала Рен.

Он ощущал, как горло обвивает холодный и липкий ужас, в ушах звенело собственное сердцебиение. Чимин бежал вперед, поворачивал направо, потом налево и снова вперед, чтобы найти Рен. В глазах уже начинало отчаянно двоиться, когда он вышел на небольшую полянку. Горизонт насмешливо заваливался, не позволяя поймать в фокус двух дерущихся людей.

— Всё, тайм-аут, — хриплый голос Юнги прорывался сквозь плотный слой ваты, которой кажется были забиты уши Пака. — Тэхён, проваливай к своим, ты же видишь, что его крючит.

— А может ну его к черту?

— Совсем сдурел? — шикнул на него Мин. — Вали, давай, отсюда!

— Ладно-ладно, я ж просто предложил.

Чимину было холодно, влажно и пахло свежей травой, как в том самом лесу, где он видел, как Рен предавала его. Возле уха раздался громкий хлопок, и он перевернулся на спину — и когда он только успел упасть? — сдавленный хрип вырвался наружу. Снова пронзительный крик ужаса и отчаяния, она звала его. Звала на помощь, а он опять впадал в ступор. Чимин снова и снова по кругу предавал её, потому что прочно увяз в болоте из своих амбиций.

— Эй! — ладонь обожгла его скулу. — ЭЙ! Чимин, мать твою, очнись. Это всё галлюцинации, лабиринт питается твоим страхом, — ещё одна пощечина, трезвый рассудок выгрызал себе путь на поверхность. — Чем больше ты боишься, тем тебе хуже. Успокойся!

Третья пощечина, четвертая, пятая, шестая и только на седьмой он смог ухватиться за сознание и запретить себе бояться. Чимин резко поднялся, рваными вздохами глотая воздух. Паника будто в замедленной съемке отпускала нож, который всё это время держала у его горла.

— С Рен ведь всё в порядке? Это не она кричала? — он схватил Юнги и посмотрел на него совсем уж жалобно, что тот даже не стал отпускать своих шуток.

— Нет, это была не она. С ней всё хорошо.

Рен все-таки обратилась в лису, когда они в третий раз наткнулись на тупик. Она взобралась на самую вершину зеленой изгороди и бежала по ней, запоминая все возможные развилки, как вдруг загривок пронзила острая и колючая боль.