— Еще скажите, что фавориткой вашей стану, — прыснула со смеху, точно черт дернул меня за язык, потому я его и прикусила.

А босс многозначительно хмыкнул и взял короткую паузу для чего-то.

Я не видела его лица, но чувствовала на интуитивном уровне, что он улыбается сейчас.

— Фавориток в офисе я не имею, — отрезал он.

— А где же вы их имеете?

Раньше я не отличалась испорченностью. Грязные мыслишки если и возникали, то за разговорами с подругами, а с появлением в моей жизни Оскара Савельевича я начала все сводить к одной теме.

Это он виноват или во мне живет скрытая извращенка?

— О таких вещах я не привык распространяться. Закрыли тему, — произнес он интригующе, вызывая во мне жгучее любопытство.

Я мельком посмотрела в зеркало и зависла. Из-за воплощенной в реальности фантазии. Разве что на месте пикселей появилось полотенце, обернутое на бедрах Оскара Савельевича.

— Мне кажется или трусы мои ты тоже отпарила? — держал он в вытянутых руках свои боксеры и внимательно разглядывал их, словно трусов никогда не видел.

— Вам не кажется, босс, — ответила я важно, окрылилась, возгордилась собой.

У меня прямо дыхание второе открылось. А одобрительная улыбка Оскара Савельевича вселила в меня надежду, что я все-таки не безнадежная.

— В таком случае на правах руководителя возвышаю тебя со звания “ужасной секретарши” до “постольку-поскольку-секретарши”, — босс подмигнул мне, а затем скрылся за углом, чтобы надеть нижнее белье.

Если таким образом он хотел замотивировать меня, то у него неважно вышло. Правильней было бы промолчать. А то эти эмоциональные качели плохо сказывались на моей продуктивности.

— А чего сразу не хреновастенькая? — пробубнила я себе под нос, настолько это задело меня.

Расслышав торопливое шлепанье босых ног по полу, я натянулась струной, глянула в зеркало и перехватила в отражении негодующий взгляд Оскара Савельевича. Придавливающий к полу. Именно с таким взглядом начальники сообщают своим подчиненным об увольнении.

И что же его так возмутило, что он вышел ко мне в одних трусах? Черт бы знал...

Бегло оглядела его волосатые мощные ноги, а затем взгляд так некстати зацепился за бугор в паховой зоне.

Мои бедные глазоньки, которые всякого повидали, едва из орбит не вылезли.

Он туда что, соломы натолкал?

Охренеть!

Рискуя свалиться без чувств, я кое-как вернула взгляд на лицо Адамасова. Он схватил с банкетки рубашку, а я скривила губы в подобии улыбки и с видом без вины виноватой захлопала ресницами.

— А ну-ка встань, хреновастенькая, — бросил он приказ, и я очень пожалела, что ругнулась в его присутствии. Услышал же! — Вставай, вставай. Я хочу посмотреть на тебя, — подгонял меня, застегивая пуговицы на рубашке почему-то снизу вверх. Фишка у него такая, что ли?

— А можно не надо? — взмолилась я.

— Надо, Федя, надо.

И как он только сегодня не назвал меня. Думала, монашка — это предел.

Ага, куда там! Судя по всему, это были только цветочки.

Буквально заставив себя подчиниться, я поднялась во весь рост и в неловкости расправила образовавшуюся “гармошку” на юбке.

Взглянуть на босса не решалась. Однако я чувствовала его взгляд на себе всем своим существом. Царапающий взгляд, скользящий по ногам. И слышала его протяжное мычание, ощущая себя микробом, которого изучали под микроскопом.

— Сойдет. С натяжкой, конечно, но уже намного лучше. Волосы собрать в хвост — и от Евы не отличить, — отметил он и я машинально дотронулась до своих распущенных локонов.

Быть копией Евы меня совсем не прельщало, но, похоже, Оскар Савельевич сохнет по своей секретарше, раз так расхваливает ее и подгоняет всех под нее.

— Через пятнадцать минут жду тебя в конференц-зале, — сообщил босс, затем снял с вешалки свои брюки и в два рывка натянул на себя.

С тем же успехом он ловко повязал на себе галстук и я снова подвисла.

Адамасов выглядел безупречно. Как дьявол. Он словно был рожден для того, чтобы разбивать сердца девушек, потому что мое только что покрылось паутинкой трещин.

С ужасом осознала, что взяла слишком большой разгон.

А ведь еще вчера я не верила в существование влюбленности с первого взгляда. Тогда что же это, если не она? Она и есть, зараза такая...

Вот только я крупно ошиблась в выборе кандидата. И это еще мягко сказано.

— А что мне делать в оставшееся время? — спросила сипло, голос практически пропал.

— Можешь прибраться здесь, — босс прихватил с собой пиджак, развернулся и вышел из гардеробной.

<p>Глава 5. Промокнуть до трусов</p>

— Можешь прибраться здесь, — ворчливо передразнивала генерального, недовольно шагая вглубь помещения. Ух и напарил тут! — Мог бы и сам за собой прибраться, Мистер Чистюля, если бы не мылся так долго, — продолжала я ворчать и чуть не упала, услышав позади его голос:

— Я всё слышу, Рада.

Но даже поворачиваться не стала. Только пообещала себе в будущем всегда убеждаться, что босс действительно ушел.

Вот ушел. Дверь закрылась. Теперь уж точно.

Выдохнула свободно и осмотрела фронт работ.

Так-так-так. Что бы сделала идеальная секретарша Ева, будь она неладна?