Читаем Борнвилл полностью

Ну, я ему сказал, что́ я думаю. Уже кое-что. Теперь он знает, до чего все серьезно, и пусть, к черту, смирится. Если способен. Придется ему измениться. Придется ему измениться, иначе быть ему озлобленным, отсталым и чудны́м, потому что вот куда ведет дорога теперь, мир шагает дальше, вперед, и если такие, как он, не могут с этим справиться… О, хороший какой поцелуй. Очень хороший. Удачи им обоим.

У них любовь. У них и впрямь любовь. Приятно видеть. Никуда не денешься, оно все же радует. По моим прикидкам, это поворотная точка – для нас, для страны. Первая пара лет получилась суровая, но теперь-то мы встанем на правильные рельсы. Деньжат можно сколотить, если знаешь, что делаешь. Надо просто не зевать и брать быка за рога, когда только можешь. И с правильным человеком быть – с кем поделиться, чтоб помог. Вряд ли это Патриша, увы. Прости, милая. Но было весело.

Надеюсь, ты понимаешь, во что ввязываешься, девочка. Я б не хотела, чтоб мой первый поцелуй был на глазах у всей этой толпы. Не думаю, что легко быть королевской особой, хотя плюшки все же обалденные. А эта вот семейка все утро действует мне на нервы будь здоров как. Но, похоже, Джек все равно вострит лыжи от меня. Может, я его опережу.

Хорошие соседи – это важно. У меня насчет этих людей хорошее ощущение. Приличные люди. Надо бы их поскорее притащить к нам. Можно приготовить им что-нибудь классное. У Мартина впереди тяжелые времена. Старику-то, Сэмюэлу, нездоровится. Вид у него как у Дады-джи за несколько недель до смерти. Внуки его обожают, все трое, это сразу видно. Молодой-то, Питер, очень тихий. Думаю, у него есть своя тайна. Джек… знавал я таких людей, как Джек. Вечно смеются, вечно острят, но иногда такие вот люди в глубине души жесткие. И сентиментальные вдобавок. Гляньте на него – он всю эту историю с Чарлзом и Дианой обожает. Упивается. Ну, наверное, ничего плохого в этом нет. Все это монархическое, вообще-то, сплошная чепуха, но, вероятно, безвредная. Так или иначе, оно уже закончилось, поэтому лучше бы нам вести себя вежливо и уйти домой побыстрее, гостеприимством злоупотреблять нельзя.

Можно нам домой пойти, а? Мы тут уже три часа отсидели. Целых три часа.