Читаем Борька (СИ) полностью

Вспоминались запахи луга и скошенной травы, и, одновременно, поляны в сосновом лесу, заросшей вереском.

Слышался звук хрустальных колокольчиков, и звук знойного полдня в поле, со стрёкотом кузнечиков и жужжанием пчёл, шорох порыва ветра в лесу, покачнувший кроны деревьев.

Их головы клонились к полу, как будто невидимый свинцовый груз придавливал к земле. Становилось ясно, что только сладкий сон, когда можно было лечь, вытянуться, и погрузиться в отдых, в беспечную темноту, когда уже нет беспокойства, нет тревоги, когда мир превращается в беззвучное и нетрепетное ничто, только такой сон сможет снять тяжесть бытия.

Не сговариваясь, все друзья выдвинулись в сторону комнаты отдыха с кроватями, где, не выбирая себе места, почти вповалку, разлеглись.

Забытьё буквально обрушилось на них стремительным домкратом.

Прошла минута - и все они уже спали мёртвым сном.

Борька спал - и видел такой сон:

Он стоял на крыльце старухиного дома, запрокинув голову. Небо было чистым, ясным, на нём тусклым и нерушимым светом горели миллиарды звёзд.

Тишина стояла мёртвая. И только звёзды слабо дрожали и мерцали в небе.

И тут, одна из них упала...

Звезда была огромной, очень и очень яркой. Было даже неясно - звезда это или что-то другое. Она стремительно двигалась к горизонту, перечёркивая наискосок огромное тёмное пространство.

Борька видел это падение очень ясно, и продолжалось оно довольно долго.

Он следил взглядом за этим падением (прислушиваясь, он расслышал даже то ли крик, то ли хор из криков).

И вдруг... всё смолкло,...падающая звезда исчезла, даже её становившийся ярче свет померк. Воцарилась тьма.

Борька задумался.

- Почему же эта звезда упала в этот момент? - рассуждал он.

Он думал, думал и думал. И не переставал думать

И вот какая-то мысль пришла к нему извне.

(Это не он сам ответил себе на вопрос - как будто кто-то услышал его мысль, и смог так же беззвучно ответить ему на его вопрос. Но это был сон, а значит, такое было возможно):

- Понимаешь, для того чтобы что-то началось, в том числе и твоя новая жизнь - что-то должно закончится. И вот то, что упало с этого ночного неба, эта яркая пылающая звезда (или это была не звезда вовсе - уж слишком быстро она двигала по стемневшему чёрному небу) - это и есть начало твоей новой жизни, начало какой-то новой истории.

И этой историей ей ещё предстоит стать.

А пока твёрдо можно сказать только то, что всё произошедшее с тобой - заканчивается.

Ты начинаешь новую человеческую жизнь. И прощаешься со свиной.

Надо бы ценить эти человеческие дни свои. Но и не забывать про свиные.

Сон внезапно закончился.

Борис открыл глаза - и да! - он снова стал человеком.

А ведь свином он был достаточно долго - подумалось ему внезапно.

Он ещё раз с печалью вспомнил о них.

Таких дней в свином его облике, до его обратного превращения в человека на Равнодествие, было двести семьдесят.

Из-за длинных месяцев, в которых тридцать один день, да и год этот был високосным - один день лишний набавлялся...)

Тем временем в людей превратились и остальные члены их отряда.

Василич и медведь Юра превратились в немолодых (пожилых даже уже) мужиков. Они были небриты и нечёсаны.

Василич имел вполне рабоче-крестьянский вид, без изысков.

Юра тоже. Но он был подслеповат, ещё будучи медведем. Поэтому оставленные кем-то там очки-колёса он надел сразу же, и, по-видимому, почувствовал себя лучше.

А Таня превратилась в молодую худенькую девушку.

Девушкой она была как будто бы неказистой и вполне обычной. Единственное что приковывало внимание к ней - её странные татуировки на руках.

Татуировки были следующими:

Но что они значили, и о чём нам рассказывали, никто пока узнать не смог.

ФИНАЛ

А тем временем Борька сидел, размышляя обо всём этом.

- Вот так и завершается моя история, - тем временем всё думал, и думал, и снова думал Борька, - какая же всё-таки нечисть за мной гонялась...

Такая, что каждый раз становилось жутко, и казалось, что и выхода никакого нет.

Но - вот! - вот что делает меня человеком! - вдруг осознал Борька до конца, до этой самой, опрокидывающей с ног на спину глубины.

Что же значит - быть человеком?

А ведь это способность упасть на самое дно, в саму черноту - но не сломаться при этом.

И после этого смочь заново подняться - плохо, неровно, шатаясь - но стоять....

Ползти с простреленными ногами по весеннему лесу, и есть зимние запасы ежей, почти потеряв надежду на спасение - но выжить и спастись, несмотря ни на что.

А, может быть, и повторить это ещё и ещё - раз за разом.

Но пусть всё будет повторяться - в человеке всё-таки есть то самое несгибаемое и живое зерно, которое роднит его с травинкой, пробивающейся сквозь непроницаемый асфальт.

С муравьём, пробивающем себе дорогу через любые препятствия, с птицей - чей чудесный полёт, парение на струях воздуха, навсегда останутся для нас метафорой свободы и красоты этой свободы.

И это прекрасное чудо - быть человеком (наряду с тем, что быть им - это огромный труд и обязанность) - такое необременительное для всех нас, такое естественное и несложное, естественное - вдруг перестает им быть.