Читаем Борджиа полностью

Ферранте ликует. Он убежден, что отказ в инвеституре помешает осуществиться грозному нашествию. Папа демонстрирует верность своим союзническим обещаниям. В день отъезда Баски происходит обмен по доверенности согласиями на брак Джофре Борджиа и Санчии Арагонской. 17 августа снят интердикт Вирджинио Орсини. 21-го Александр, который не разорвал отношений с Людовико Моро, сообщает тому приемлемые для него условия компромисса в связи с Черветери и Ангвилларой. Результат всех этих переговоров оказался совершенно замечательным: папа помирился со всеми своими врагами. Реляция, посланная из Рима в Милан 13 августа, восхваляет его.

„Многие считают, что папа потерял разум после своего возвышения. Но напротив, можно сказать, что он стал еще разумнее. Он сумел организовать лигу, которая заставила поволноваться короля Неаполя. Он сумел выдать свою дочь за сеньора из семьи Сфорца, кроме пенсии герцога Миланского обладающего годовым доходом в 12 000 дукатов. Он сумел получить от Вирджинио Орсини 35 000 дукатов и заставил его делать то, что ему нужно. Он использовал грозную силу лиги, чтобы заставить короля Неаполитанского породниться с ним и дать государство, обеспечив прекрасное положение его сыну. Так не может поступать неумный человек: и теперь он может наслаждаться папской властью в мире и спокойствии“.

Эти договоры вредят положению Сфорца в Риме. Доказательством служит тот факт, что кардинал Асканио вынужден покинуть Ватикан, где папа предоставил ему жилье.

Ловкое назначение на кардинальскую должность

Назначение новых кардиналов, состоявшееся 20 сентября 1493 года, доказывает, что Александр беспристрастен в отношении Милана и Неаполя. Среди двенадцати новых кардиналов нет ни одного подданного короля Ферранте. Сын папы, Чезаре Борджиа, получает сан кардинала-диакона Санта-Мария-Нуова; Александр Фарнезе — главный казначей Святого престола — становится кардиналом-диаконом Святых Козьмы и Дамиана. Так как своим возвышением он обязан нежным чувствам, которые связывают папу и его сестру — прекрасную Джулию Фарнезе, его прозвали „кардинал от юбки“, или еще, используя игру непристойных слов, намекающих на половой акт, — „кардинал фрегнезе“. Джулиано Чезарини, еще один purpurato, обладатель пурпурной мантии, является членом влиятельной римской семьи, породнившейся с Александром через его дочь Джироламу. Цель большинства других назначений — доставить удовольствие великим державам. Для Милана папа назначает Бернардино Лунати, для Венеции — Доменико Гримани, для Феррары — Ипполита д’Эсте, который в свои 15 лет внешностью и поведением больше напоминает юного атлета, чем прелата. Джон Мортон, архиепископ Кентерберийский, представляет Англию. Назначение Раймона Перо — француза, живущего при дворе Максимилиана Австрийского, должно доставить удовольствие Германии; Францию порадует назначение Жана де Билер-Лагрола, аббата Сен-Дени; Испанию — назначение Бернардино Лопеса де Карвахаля; Венгрию и Польшу — Фредерика Казимира Ягеллона, архиепископа Краковского. Единственным исключением стал Джиан Антонио ди Сан-Джорджо, назначенный кардиналом в признание его личных заслуг известного юрисконсульта и безупречного священника.

Эти умело распределенные кардинальские назначения явились мастерским завершением первого года правления. Они разрушили усилия врагов папы, желавших, чтобы могущественные правители добились отмены избрания Александра VI. Отныне волей понтифика каждое из этих государств представлено в Святой коллегии. Теперь враждебно настроенным кардиналам — Джулиано делла Ровере, Карафа, Коста, Фрегозо, Конти и Пикколомини — приходится занять оборонительные позиции вдали от Рима. Они больше не могут рассчитывать на короля Ферранте после соглашения, достигнутого между Неаполем и Римом. Впрочем, 25 января 1494 года неаполитанский король умирает, на трон Неаполя восходит его сын Альфонсо де Калабр, отец Санчии — принцессы, которая предназначается сыну папы. Александр вскоре признает его законным королем, что крайне возмущает Карла VIII Французского. Джулиано делла Ровере не страшится теперь поменять лагерь: раз Неаполитанский Арагонец и папа Борджиа стали друзьями, он воссоединяется с французским королем.

Планы крестового похода. Принц Джем в привычной обстановке Ватикана