Читаем Больше Бена полностью

Мобил, конечно, не продан (а как он может быть продан, если он забыт?), но выручку от продажи других А. опять использует на «Н»., после чего колбасится там всю ночь. Мы же отправляемся ночевать в подъезд к Клюву, на черную лестницу. Самого Клюва нет, он, как не сложно догадаться, также колбасится в «Аквариуме». Ведем по сотовому прямой репортаж: «Блядь, Арташ, почему нам охрана дверь не открывает? А, вот все!», «84!» (это в сторону охранника) «Yeah, sir!» , «Все, Арташ, мы прошли!» Прямой репортаж окончен. Мы располагаемся на последней лестничной площадке. Будильник создает иллюзию уюта, полтора литра сидра, за который честно заплатили — иллюзию собственной непогрешимости. Здесь теплее и мягче, чем в сарае рядом с Еврейской норой. Хочется спать, особенно мне. Сп. сталкивается с проблемой — хочется пострукать, но единственное окно находится на уровне моих щщей (не менее 190 см от пола), к тому же оно закрыто и на сигналке. Остроумный выход из положения: спустился вниз и прошел обратно вверх по лестнице, оставляя по капельке в каждом углу. Мазохизм. Зато сразу высыхает, и нет запаха. Я же отдаю себя в объятия Морфея, и меня все это не касается.

ДЕНЬ….

(вчера) На работу пошел я, вместо Соб. (У меня волдыри на пальцах. А система такова: каждое утро в агентстве я получаю в качестве предъявляемого работодателю ID разнарядку на работу с указанием имени Арташеза, воспользоваться которой при моем желании может каждый)

Работать мне понравилось еще меньше, чем ему. Слишком унизительно въебывать, как папа Карло, за такие мелкие деньги. Хотя и свои положительные моменты были. Маупы, все-таки, на редкость веселая пиздобратия. (А на кухне работали, в основном, они). Один совсем уже немолодой мауп называл меня «brezhnev», что доставляло ему кучу радости. Он так искренне смеялся, что я даже не раздражался. (Хотя заряды «brezhnev-gorbatchev-vodka-perestroika», которые издает каждый мудак, узнавая, что я Русский, уже достали. Особенно бесит то, что, отрыгнув эту мантру, говорящий заранее расплывается в торжествующий улыбке, ожидая от меня всплеска эмоций и восторга по поводу такого глубокого познания истории и традиций моей Родины). Еще со мной работал один серб, в котором я сразу признал брата по разуму, потому что он не улыбался по поводу и без повода. Этого серба, кстати, вышеупомянутый мауп называл «Broz Tito», тоже едва не падая на пол от смеха.

Строчки эти я пишу довольно-таки в жопу пьяный, т.к. я простудился, а лечились, разумеется, единственным имеющимся под рукой лекарством. Описывать, как эти лекарства (джин+виски) мы украли, уже, по-моему, скучновато. Мы — профи!!! Ночуем, как и вчера, в подъезде.

При воровстве джина Собаккаа придумал новую комбинацию, усыпляющую внимание охраны в больших магазинах. Там у полок с крепким алкоголем обязательно находятся камеры-гляделки. Аналогичные камеры стоят у касс. Служащие супермаркета, следящие через мониторы в подсобке за происходящим в залах, отмечают, что кто-то взял дорогую вещь (в данном и почти во всех последующих случаях — виски или джин, литровая бутыль), а потом следят, проходит ли она через кассу. Так вот, Собаккаа взял несколько бутылок, потом одну из них перепрятал за пазуху в «мертвой зоне», а вторую демонстративно пронес через весь супермаркет, засветился перед всеми камерами и поставил на место. Тем самым отведя от себя подозрения операторов. Потому что сколько бутылок взяли, а сколько поставили на место — это уже мелочи, за которыми не уследить ни одному трудоголику.

Когда мы вышли из магазина, начался дикий дождь, и мы укрылись от него в какой-то темной арке-закоулке. Стояли около часа, попивали сами знаете что и дозванивались в Москву. От нечего делать разрисовывали стены автографами. Наконец, дозвонились Растафара-Марике (сестре Стекса). Мило потроцкили с этим солнечным созданием, а когда закончили, то увидели, что тучи рассеялись и светит солнце!

ДЕНЬ…..

Проснувшись, пошли грабить близлежащий магазин и встретили там перепуганного Клюва, к которому утром нагрянул отец и застал в своей квартире следы многонедельной попойки. Вращая выцветшими от кокса и водки глазами Клюв плакался нам на свою нелегкую судьбу. Мы недоумеваем: несколько дней назад, во время совместного пьянства, этот человек клялся нам в вечной дружбе и обещал всяческую помощь и сострадание. Невписку же нас в свои апартаменты ранее аргументировал наличием папы. Вот, мол, дэд уедет, и тогда, ребята Вы поспите на моих простынях. Оказывается же, пахан приехал только сегодня…..

NB/ Клюва нам здешняя русская диаспора рекомендовала как «очень щедрую, дающую натуру». Несостыковочка…

Первый раз в жизни нам улыбнулись английские девушки!!!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Метастазы
Метастазы

Главный герой обрывает связи и автостопом бесцельно уносится прочь . Но однажды при загадочных обстоятельствах его жизнь меняется, и в его голову проникают…Метастазы! Где молодость, путешествия и рейвы озаряют мрачную реальность хосписов и трагических судеб людей. Где свобода побеждает страх. Где идея подобна раку. Эти шалости, возвратят к жизни. Эти ступени приведут к счастью. Главному герою предстоит стать частью идеи. Пронестись по социальному дну на карете скорой помощи. Заглянуть в бездну человеческого сознания. Попробовать на вкус истину и подлинный смысл. А также вместе с единомышленниками устроить революцию и изменить мир. И если не весь, то конкретно отдельный…

Александр Андреевич Апосту , Василий Васильевич Головачев

Проза / Контркультура / Боевая фантастика / Космическая фантастика / Современная проза
Очищение
Очищение

Европейский вид человечества составляет в наши дни уже менее девятой населения Земли. В таком значительном преобладании прочих рас и быстроте убывания, нравственного вырождения, малого воспроизводства и растущего захвата генов чужаками европейскую породу можно справедливо считать вошедшею в состояние глубокого упадка. Приняв же во внимание, что Белые женщины детородного возраста насчитывают по щедрым меркам лишь одну пятидесятую мирового населения, а чадолюбивые среди них — и просто крупицы, нашу расу нужно трезво видеть как твёрдо вставшую на путь вымирания, а в условиях несбавляемого напора Третьего мира — близкую к исчезновению. Через одно поколение такое положение дел станет не только очевидным даже самым отсталым из нас, но и в действительности необратимой вещью. (Какой уж там «золотой миллиард» англосаксов и иже с ними по россказням наших не шибко учёных мыслителей-патриотов!)Как быстро переворачиваются страницы летописи человечества и сколько уже случалось возвышений да закатов стран и народов! Сколько общин людских поднялось некогда ко своей и ныне удивляющей славе и сколько отошло в предания. Но безотрадный удел не предписан и не назначен, как хотелось бы верующим в конечное умирание всякой развившейся цивилизации, ибо спасались во множестве и самые приговорённые государства. Исключим исход тех завоеваний, где сила одолела силу и побеждённых стирают с лица земли. Во всем остальном — воля, пресловутая свободная воля людей ответственна как за достойное сопротивление ударам судьбы с наградою дальнейшим существованием, так и за опускание рук пред испытаниями, глупость и неразборчивость ко злому умыслу с непреложной и «естественно» выглядящею кончиной.О том же во спасение своего народа и всего Белого человечества послал благую весть Харольд Ковингтон своими возможно пророческими сочинениями.Написанные хоть и не в порядке развития событий, его книги едино наполнены высочайшими помыслами, мужчинами без страха и упрёка, добродетельными женщинами и отвратным врагом, не заслуживающим пощады. Живописуется нечто невиданное, внезапно посетившее империю зла: проснувшаяся воля Белого человека к жизни и начатая им неистовая борьба за свой Род, величайшее самоотвержение и самопожертвование прежде простых и незаметных, дивные на зависть смирным и покорным обывателям дела повстанцев, их невозможные по обычному расчёту свершения, и вообще — возрождённая ярость арийского племени, творящая историю. Бесконечный вымысел, но для нас — словно предсказанная Новороссия! И было по воле писателя заслуженное воздаяние смелым: славная победа, приход нового мира, где уже нет места бесчестию, вырождению, подлости и прочим смертным грехам либерализма.Отчего мужчины европейского происхождения вдруг потеряли страх, обрели былинную отвагу и былую волю ко служению своему Роду, — сему Ковингтон отказывается дать объяснение. Склоняясь перед непостижимостью толчка, превратившего нынешних рабов либерального строя в воинов, и нарекая сие «таинством», он ссылается лишь на счастливое, природою данное присутствие ещё в арийском племени редких носителей образно называемого им «альфа»-гена, то есть, обладателей мужского начала: непокорности, силы, разума и воли. Да ещё — на внезапную благосклонность высших сил, заронивших долгожданную искру в ещё способные воспламениться души мужчин.Но божье вдохновение осталось лишь на страницах залпом прочитываемых книг, и тогда помимо писания Ковингтон сам делает первые и вполне невинные шаги во исполнение прекрасной мечты, принимая во внимание нынешнюю незыблемость американской действительности и немощь расслабленного либерализмом Белого человека. Он объявляет Северо-Запад страны «Родиной» и бросает призыв: «Добро пожаловать в родной дом!», основывает движение за переселение. Зовёт единомышленников обосноваться в тех местах и жить в условиях, в коих жила Америка всего полвека назад — преимущественно Белая, среди Белых людей.Русский перевод «Бригады» — «Очищение» — писатель назвал «добрым событием сурового 2015-го года». Именно это произведение он советует прочесть первым из пятикнижия с предвестием: «если удастся одолеть сей объём, он зажжет вашу душу, а если не зажжёт, то, значит, нет души…».

Харольд Армстэд Ковингтон , Харольд А. Ковингтон , Виктор Титков

Детективы / Проза / Контркультура / Фантастика / Альтернативная история / Боевики