Читаем Болельщик полностью

«Снова dejuvu, снова и снова», — сказал Йоги (не из тех, что живут в Йеллоустонском национальном парке, а из Нью-Йорка, которому не раз удавалось попадать битой по мячу в те добрые давние дни, когда мужчины были мужчинами, а игроки еще курили «Кэмел»[150]). Еще раз «Ред Сокс» попала в постсезон, получив дополнительное место в плей-офф. Еще раз мы схлестнулись с командой Западного побережья и победили ее (на этот раз более уверенно, все так). Еще раз мистер Лоуве (магический, а не печальный) стал нашим последним питчерским бастионом, пусть на этот раз не выигрывал игру, а закрывал с победным результатом. И еще раз «Янкиз» взяли верх над «Миннесотскими близнецами», после того как вроде бы открыли им путь к победе. Это наш давний враг (теперь к северу от Хартфорда привычно называемый «Империей зла»), с которым нам предстоит встретиться лицом к лицу и победить, если мы хотим выйти в «Мировые серии».

Я провел большую часть уик-энда в Бостоне, хотя эта книга такого не требовала; игры Бостон — Анахайм закончились, а до начала серии игр Бостон — Нью-Йорк еще четыре дня. Но мне хотелось ощутить атмосферу праздника, и то, чем я дышал, будоражило, не давало уснуть[151]. Я бы охарактеризовал это состояние как нервная бравада: вспомните все эти старые гангстерские фильмы, которые вы видели, где герой-плохиш заходит в тупик, вытаскивает из-за пояса габардиновых брюк два автоматических пистолета, а потом кричит: «Выходите и возьмите меня, копперы! Но я намерен захватить с собой кое-кого из вас!» Швейцары, таксисты, сотрудник департамента общественных работ Бостона, водитель бостонской «утки», продавец в «Брентано», двое юношей, прогуливающихся по набережной, с повернутыми на затылок козырьками бейсболок (один — с надписью на футболке «МЕТАЛЛИКА РУЛИТ», у второго — изображение Альберта Эйнштейна на концерте группы «Рамонес»), женщина в паре Бостон Коммон, прогуливающая маленькую пушистую собачку, все говори ли мне, пусть и разными словами, одно и то же: «Вот так, Стиви! Мы получили что и хотели. Правда?»

Я отвечал кислой улыбкой и взмахом руки типа «как скажешь, приятель». Потому что думал о старой присказке: «Будь осторожен в том, что просишь». Но когда ты добираешься до желанной цели, разве это имеет значение? «Янкиз», как ни крути, наша судьба, наша ка, наше имя, написанное у основания камня.