Никогда не слышали о таком, сэр. Но вы можете найти этот ваш бойцовский клуб в Сиэтле.

Ты просыпаешься в Мейгз Фильд и звонишь Марле, чтобы узнать, что происходит на Бумажной улице. Марла рассказывает, что теперь все обезьянки-астронавты бреют головы налысо. Электрическая бритва от такого количества работы раскалилась добела, и из-за этого повсюду пахнет паленым волосом. А затем обезьянки-астронавты сжигают себе щелочью кончики пальцев, чтобы избавиться от отпечатков.

Ты просыпаешься в Си Таке.

Переведи часы назад на два часа.

Ты добираешься на маршрутке до центра Сиэтла, и в первом же баре видишь за стойкой бармена с ортопедическим устройством на сломанной шее, из которого он вынужден постоянно смотреть в потолок. Чтобы разглядеть тебя, он вынужден скосить глаза, к тому же ему очень мешает распухший словно баклажан нос.

Бар пуст, и бармен говорит мне:

– С возвращением, сэр.

– Я никогда раньше не бывал в этом баре, никогда.

Я спрашиваю бармена, знакомо ли ему имя Тайлера Дердена.

Бармен с трудом улыбается, потому что его подбородок подперт снизу металлической скобой, и говорит:

– Это проверка?

Да, говорю я, проверка. Знаком ли он с Тайлером Дерденом?

– Вы же заходили к нам на прошлой неделе, мистер Дерден, – отвечает бармен. – Неужели вы забыли?

Тайлер был здесь.

– Вы здесь уже были, сэр.

Я никогда не был здесь до сегодняшнего вечера.

– Разумеется, раз вы так говорите, сэр, – отвечает бармен, но в четверг вечером вы спрашивали, как скоро полиция собирается закрыть нас.

В прошлый четверг я всю ночь промучился бессонницей, не понимая, сплю я или бодрствую. Я проснулся в пятницу поздно, чувствуя себя совершенно разбитым и с таким ощущением, словно я всю ночь не смыкал глаз.

– Да, сэр, – говорит бармен. – В четверг вечером вы стояли там, где вы сейчас стоите, и спрашивали насчет налета полиции на клуб, а также насчет того, скольким парням нам пришлось отказать в приеме в клуб, который собирается здесь по средам.

Бармен пожимает плечами, обводит взглядом пустое помещение бара и говорит:

– Нас никто не слышит, мистер Дерден, сэр. В прошлый раз нам пришлось отказать двадцати семи. На следующий день после встречи клуба в баре ни души не бывает.

В какой бар я ни зайду, везде ко мне обращаются «сэр».

В какой бар я ни зайду, везде парни с побитыми лицами сразу начинают смотреть на меня. Откуда они все меня знают.

– У вас родимое пятно, мистер Дерден, – говорит бармен, – на ноге. Темно-красное, в форме Австралии с Новой Зеландией.

Только Марла знает об этом. Марла и мой отец. Даже Тайлер этого не знает. Когда мы встретились на пляже, я сидел, подложив ногу с пятном под себя.

А теперь все кругом знают о раке, которого у меня не было.

– Это знает каждый участник «Проекта Разгром», мистер Дерден, – и с этими словами бармен протягивает мне руку, показывая на тыльной стороне ладони ожог в виде поцелуя.

Мой поцелуй?

Поцелуй Тайлера.

– Все знают про ваше родимое пятно, – говорит бармен, – оно стало частью легенды. Да ты весь стал частью легенды, приятель.

* * *

Я звоню Марле из мотеля в Сиэтле и спрашиваю, занимались ли мы когда-нибудь этим.

Ну, ты понимаешь.

На другом конце провода Марла переспрашивает:

– Что?

Ну, спали вместе.

– Что?

Занимались ли мы любовью хоть раз?

– Боже!

Ну, так как?

– Что «ну, так как»?

Занимались ли мы любовью?

– Я убью тебя!

Это означает «да» иди «нет»?

– Я знала, что так и будет, – говорит Марла. – Ты – законченный мерзавец. То ты меня любишь, то видеть не видишь. То спасаешь мне жизнь, то варишь мыло из моей матери.

Я щиплю себя.

Я спрашиваю у Марлы, как мы познакомились.

– В группе поддержки для больных раком яичка, – говорит Марла, – ты еще тогда спас мне жизнь.

Я спас ей жизнь?

– Ты спас мне жизнь.

Тайлер спас ей жизнь.

– Ты спас мне жизнь.

Я сую палец в отверстие на моей щеке и верчу им там, боль такая, что кого хочешь разбудит от любого сна.

Марла говорит:

– Ты спас мне жизнь. Отель «Регент». Я пыталась покончить с собой. Помнишь?

Ах да.

– В ту ночь я еще сказала, что хочу сделать от тебя аборт.

Давление в салоне падает.

Я спрашиваю Марлу, как меня зовут.

Скоро нам всем крышка.

Марла говорит:

– Тайлер Дерден. Тебя зовут Тайлер Дерден, использованная ты подтирка. Ты живешь по адресу 5123 СВ Бумажная улица в доме, который сейчас кишит твоими дурацкими учениками, которые бреют голову налысо и выжигают себе подушечки пальцев щелочью.

Мне нужно поспать хотя бы немного.

– Если ты немедленно не вернешься, – кричит Марла в трубку, – эти маленькие ублюдки и из меня сварят мыло.

Мне нужно найти Тайлера.

Шрам на твоей руке, Марла, говорю я, откуда он у тебя взялся?

– Ты его сделал. Это твой поцелуй.

Мне нужно найти Тайлера.

Мне нужно поспать хотя бы немного.

Мне нужно поспать.

Мне нужно пойти и поспать.

Я прощаюсь с Марлой, желаю ей спокойной ночи, и крик Марлы в трубке становится все тише и тише, пока не смолкает совсем, как только я опускаю трубку на рычаг.

22

Когда у тебя бессонница, всю ночь думаешь, не переставая.

Сплю я или нет? Спал я или нет? Так уж устроена бессонница.