Читаем Бойня полностью

В холодильнике готовые бутерброды, обещай позавтракать, когда проснешься.

На кухонном столе фломастеры и стопка бумаги, чтобы не скучала.

Подумал и добавил:

Есть и йогурт, и шоколадный пудинг.

Свернул на улицу Ремесленников.

С Молли все будет в порядке, уговаривал себя Ландон. Постараюсь вернуться как можно скорее.

Посмотрел на карту на пассажирском сиденье. Сначала гарнизонный лагерь к северу от Эстхаммара, потом два поменьше в Руслагене.

Он заранее обвел их красными кружками. Если понадобится, по дороге домой заедет на авиабазу F16.

Остановился у светофора на перекрестке с Лютхагсэспланаден. Переключил дворники на самый медленный режим – ночной дождь еще напоминал о себе время от время возникающей моросью, но синоптики обещали замечательный день: солнце, двадцать пять градусов. Сегодня ожидается прекрасная летняя погода, сообщили по радио.

Опять красный свет. Ландон стиснул руль. Полкилометра не проехал, а уже нервничает. Даже если найдет Хелену, как ему удастся ее вызволить?

Буду играть в идиота, решил он, но при этом держаться как можно ближе к правде. И легенда вроде бы звучит неплохо.

Я из Упсальского университета, пишу диссертацию об эпидемии ожирения. Мы получили задание изучить новые инициативы, направленные на оздоровление населения. Если нет возможности проинтервьюировать больных, очень бы просил предоставить мне список для дальнейшей объективной оценки состояния этих людей.

Высосано из пальца, но может сработать. А какая альтернатива? Пробраться незамеченным? Взять болторез, перекусить колючую проволоку и проникнуть на территорию? Слишком рискованно, к тому же с чего он вообразил, что там нет охраны? Наверняка есть. Если Юхан Сверд и был в чем-то чемпионом, то это по части сохранения своих затей в секрете.

А что, если его разоблачат? Ружье-то у него есть, но…

Его не покидало чувство нереальности происходящего. Несколько дней назад он сидел на диване у Хелены. Первый поцелуй… а теперь сидит в машине с заряженным ружьем ее отца… И что он будет с этим ружьем делать? Грозить? Стрелять по людям? И где гарантия, что его не скрутят и не поместят в тот же лагерь? Он ведь тоже не из балетных.

Ландон выключил дворники. Небо на севере постепенно, но как-то очень быстро поголубело, будто кто-то вылил туда ушат проявителя. Проехал Гренбю, дальше началась упландская степь с редкими фермами и хуторами. А вот и солнце – оно словно растолкало облака, и весь пейзаж заиграл яркими весенними красками. Из ворот одного из дальних хуторов беззвучно выполз маленький трактор – открытка, да и только.

Огромная фура на соседней полосе пошла на обгон. У Ландона ёкнуло сердце, но он тут же успокоился: на борту прицепа двухметровыми буквами выведен логотип “ИКЕА”.

Глупость какая… Неужели он решил, что это тот самый грузовик, который Молли видела возле своего дома на Каварё?

Он проводил грузовик взглядом. А почему бы и нет? Что он хотел? Чтобы на кузове написали “похищенные люди”? Он вспомнил: в Советском Союзе перевозили заключенных в машинах с надписью “Мясо” или “Хлеб”. Не ставить же на таких грузовиках логотип Партии Здоровья…

Но нет – грузовик свернул и укатил куда-то на запад. Ландон потянулся, чтобы включить радио, но раздумал. Лучше провести этот час в тишине. Кто знает, что его ждет.

Его мир, его будущее, которое он с таким трудом спланировал и почти выстроил, в любой момент может рухнуть.

Нет, ни в одну из больниц пациентка по имени Глория Эстер не поступала. В полиции сказали – оснований для возбуждения уголовного дела об исчезновении нет. Такое случается постоянно, успокоил ее молодой баритон на коммутаторе, а когда Биби спросила, следует ли ей позвонить, если появятся новые данные, сказал: нет-нет, не надо.

Биби чувствовала себя смертельно уставшей, хотя весь день не делала ровным счетом ничего. Бродила из угла в угол и строила домыслы.

Без сил присела за стол и машинально начала просматривать утренние газеты. Широкая добродушная улыбка статс-министра во всю первую страницу ее никак не успокоила.

А это что?

Лагеря похудения спасут Швецию. “Это не наказание, а спасательный круг”, – говорит Макс Росси, сопредседатель Партии Здоровья.

И фотография: человек десять веселых толстяков, мужчин и женщин, на беговой дорожке. Биби вздрогнула: одна из женщин справа, коротко стриженная, очень напоминает Глорию.