Читаем Боги войны полностью

Краснодар, 8 мая. (ТАСС). «Вчера на Крымском фронте немецкие войска применили несколько мин с отравляющими веществами. Проверка показала, что отравляющие вещества поражают главным образом дыхательные органы и выводят из строя бойцов».

Лондон, 10 мая. (ТАСС). «Английский премьер-министр Черчилль, выступая по радио…остановился на возможности того, что немцы… могут применить отравляющие вещества против Советского Союза. Черчилль заявил, что, если Гитлером будет совершено это новое преступление, Англия использует свое большое и все возрастающее превосходство в воздухе на Западе для ведения химической войны в самых широких масштабах против военных объектов Германии».[65]

Германское командование насторожилось. Начальник Генерального штаба вермахта генерал-полковник Франц Гальдер записывает в дневнике:

«7 марта 1942 г.: Полковник Окснер. О возможностях ведения химической войны русскими, а также о наших возможностях в этой области („Гелан“ и другие OB)».

«24 апреля 1942 г.: Генерал Окснер. Текущие вопросы химической службы. Готовность противника к химической войне. Наши оборонительные средства».

Тут я еще раз уточню, что у историков нет документов со сроками начала советскими войсками химической войны, но, как видим, вероятность подобного крайне велика.

Каким же арсеналом химического оружия располагала Красная Армия? Производство ОВ в России началось в 1915 г. и не прерывалось до 22 июня 1941 г. Возможно, были лишь кратковременные (до нескольких месяцев) перерывы. Применение отечественных ОВ в Первой мировой и Гражданской войнах я опускаю как выходящее за рамки книги.

К апрелю 1931 г. мощности советских заводов по производству иприта достигли 15 800 т в год, и строились заводы еще на 18 000 т иприта. По фосгену к 1 октября 1931 г. плановые мощности должны были составить 10 000 т.

В 1935 г. мощности по иприту составляли уже 35 000 т (при заявке Наркомата обороны на 58 000 т), по фосгену – 13 000 т, дифосгену – 1900 т. Но вот проблему масштабного производства люизита и синильной кислоты решили лишь к концу 1930-х гг. Всего же в 1935 г. при заявке Наркомата обороны на мощности в 87 500 т ОВ их было на 56 000 т.

К 1 января 1938 г. возможности промышленности по производству ОВ должны уже были достигнуть 139 560 т, к 1 января 1939 г. эти мощности планировали довести до 213 560 т. Таковы были планы.

Судя по документам Химического управления РККА, к 1939 г. промышленность поставляла армии следующие ОВ: иприт Левинштейна, иприт Зайкова, люизит, ипритно-люизитная смесь, фосген, дифосген, синильная кислота, хлорциан, хлорпикрин, адамсит, дифенилхлорарсин, дифенилцианарсин и хлоацетофенон.

Согласно отчетам Химуправления РККА, на 1 декабря 1936 г.: «Наша авиация с ее фактическим (на 1.12.35) химическим вооружением может в течение одного года войны совершить нападение на противника с расходом свыше 40 000 т ОВ». На тот момент советские ВВС имели на своем вооружении 90 тысяч химических авиабомб, а мобилизационные мощности промышленности были рассчитаны на выпуск в течение года 796 тысяч химических бомб.

Имелись и иные средства доставки ОВ к полю боя. На 1 декабря 1935 г. в Красной Армии было: колесных боевых химических машин (БХМ) – 420 (мобмощности на 1300), химических танков Т-26–530 (мобмощности – 1000), 107-мм химических минометов – 600 (мобмощности – 5900), носимых приборов заражения местности – 21 800 (мобмощности – 40 000). Основная масса химсредств и боевой техники химвойск сосредоточивалась в Белорусском, Киевском и Ленинградском военных округах, а также в Забайкалье.

По понятным причинам мы более подробно остановимся на химических артиллерийских снарядах.

В Красной Армии они делились на химические, снаряженные жидким ОВ, и осколочно-химические, снаряженные твердым ОВ. Последние обеспечивали дополнительное поражение противника осколками, подобно осколочно-фугасным снарядам.

Исходной данной для расчета количества химических снарядов, необходимых для обстрела площадей, принята была норма – одна 76-мм химическая граната на 40 кв. м площади и один 152-мм химический снаряд на 80 кв. м площади.

Баллистические данные 76-мм химических гранат не отличались от обычных осколочных гранат, да и обычно изготавливали их в корпусах осколочно-фугасных гранат.

Так, осенью 1927 г. в производство пошли 76-мм химические снаряды кратковременного действия. Они тогда еще не имели буквенного индекса. Снаряды содержали 740 г ОВ, из которых хлорпикрин C(NO)Cl составлял 45 %, фосген COCl – 45 %, четыреххлористое олово SnCl – 10 %.

Старыми химснарядами, получившими в конце 1930-х гг. индексы ХН-354Ф и ХС-354Ф, следовало вести огонь по «Таблицам стрельбы» для гранат Ф-354Ф. Обозначения ХН и ХС определялись начинкой: взрывчаткой НОВ или СОВ.[66]