– Попробуй, попробуй! – Рядом стоял Свен. С кувшином и опущенной в него рукой. Небось мечтал, что Илья опростоволосится.

– Пожалуй, рискну, – сказал Илья. – Эй, ты! – пихнул он подвернувшегося смерда. – Помоги сапоги стянуть.

Рубахи Илья тоже снял. И верхнюю, шитую бисером, и нижнюю – из дорогого шелка. Чтоб не замарать. Передал Кулибе вместе с браслетами и кольцом лучника.

– Ну ты здоров… старший, – проворчал Свен. – Не мудрено, что меня завалил.

– Ты еще не видал, хёвдинг, как я из лука бью, – отозвался Илья.

И двинулся к столбу.

Ему уступали дорогу, даже не зная, что он – княжич. Уж очень внушителен видом.

Илья подошел как раз, когда свалился очередной соискатель.

Илья оглядел столб. Когда-то он был щедро умащен салом, но теперь смазка кое-где стерлась. Илья запомнил где. На всякий случай.

«Штаны бы не замарать», – подумал он и, подпрыгнув, ухватился за столб.

Держаться оказалось не так уж трудно. Там, где сала побольше, наверное, не так. Ну, узнаем.

Илья обхватывать ногами столб не стал. Но и на одних руках влезать не рискнул. А ну как соскользнут. Сжал дерево руками и подошвами, толкнулся одновременно руками и ногами и перехватился уже выше, выиграв сразу пол-локтя.

Народ заорал.

Илья повторил. Раз и еще раз, и еще…

Труднее стало, когда добрался до верхней части, сало с которой еще не стерли другие соискатели.

Но удержался. Еще рывок – и он у котла. Скидывать его вниз Илья не стал. Ударил по нему сразу двумя руками, удерживаясь лишь на ногах. Толпа взревела в восторге.

Илья заскользил вниз, а локтях в пяти от земли оттолкнулся от столба и, перевернувшись в воздухе, четко и ровно приземлился на ноги. И захохотал.

Как все-таки здорово, когда ты силен, здоров и с двумя ногами!

Глава 2

Моров и окрестности. Пришла пора умереть

На следующее утро Илья собрал у себя вождей: Свена и Кулибу. Никто из них больше не оспаривал его старшинства, и явились оба.

«Батя бы похвалил», – подумал Илья.

Хотя что говорить: Илье было у кого учиться. Насмотрелся, как они правят. Осталось лишь повторить. Жаль, конечно, что усы у него даже не пробились, но Илья от бати слыхал: князь Святослав с пятнадцати лет людей в бой водил. И сын его Владимир – тоже. Чем Илья хуже?

Вид у Кулибы с Неудачей был, прямо скажем, небодрый. Похмелье сказывалось.

– Свен, сколько у тебя людей? – первым делом спросил Илья.

– Тридцать два.

– Вчера я видел меньше.

– Одиннадцать в дозорах на тракте.

Илья бросил многозначительный взгляд на Кулибу, и тот покаянно склонил голову. Ну да, нурман о своей службе не забыл.

– Это хорошо. – Илья внимательно оглядел обоих. Да, глазки у соратников красные, морды опухшие…

– Юница! – гаркнул Илья.

В дверях появилась девка, выбранная им из предложенных Головешкой. Хорошая девка, румяная, сисястая, крепкая.

– Пива принеси!

– Мигом, мой господин!

Тусклые рожи кривича и нурмана просветлели.

Илья дождался, когда на столе появится кувшин, соратники опорожнят по кружке и в глазах у них прояснится.

– Сердечно благодарим, княжич! – Кулиба отер усы. – Слушаем тебя.

– Нет, это я вас слушаю, – возразил Илья. – Как так выходит, что тати вот уже пятую седьмицу на дорогах озоруют, а вы и в ус не дуете!

– Зря так сказал, княжич! – пробасил нурман. – Обидно сказал. Мы делаем, что можем!

– Это утешает, – кивнул Илья. – Особенно утешило бы купцов побитых, ежели б слышать могли.

– Что могли – делали! – проворчал Кулиба. – Дозоры по дорогам ходят, в селищах всех предупредили: о чужих людях, особо о людях подозрительных, немедленно мне весть слать.

– А отчего ты, Кулиба, решил, что тати селянам нашим чужие? – поинтересовался Илья. – Это ведь только здесь, в Морове, кривичи живут. А в прочих местах – те же радимичи. А если и тати их племени? Тогда это мы им чужие, а не они. И будут они не нас предупреждать, а их.

– Выпустить для острастки двум-трем кишки да в каждой деревне, – проворчал нурман. – Враз поймут, кого слушать надо.

– Не пойдет, – отмел Илья. – Это мои смерды. А потому карать буду только тех, чья вина доказана. Что еще делали, кроме дозоров?

– Обманки посылали, – сказал Кулиба. – Батюшка твой князь-воевода посоветовал.

– Что вышло?

– Да ничего. Покатались возы туда-обратно вот и всё.

– Они хитрые! – вмешался Свен. – Взятый караван на дороге никогда не бросят. Непременно в чащу уведут. Никто и не узнает, если случайно кто не наткнется, или те, к кому караван шел, не прибегут и не скажут, что потерялся. Людей – кого побьют, кого с собой уведут, телеги разгрузят, товар – на лошадей, телеги разломают, обломки спрячут, следы подчистят – и угадай поди, что здесь караван разбили. И так не менее одного в седьмицу. А может, и больше – мы ведь не о каждом знаем. Хитрые они.

– Значит, мы должны быть хитрее, – заявил Илья. – Что предлагаете?

– Пустить дозоры не по дорогам, а скрытно, – тут же предложил Кулиба. – А еще лучше – с наживкой. За обозом каким-нить.

– За обозами! – поправил Свен. – И пусть те обозы везде останавливаются, а торговцы по секрету рассказывают, какой у них груз дорогой.