Читаем Бог должен быть безгрешен (СИ) полностью

— У тебя волосы мокрые, видишь? — Крис натянул Чонину на голову капюшон. — Домой. И немедленно. Прости, хорошо? Танцевал бы ты в зале, я б и слова не сказал. Но здесь холодно, а ты весь мокрый, хоть отжимай. Потанцуешь ещё, потом неделю на койке будешь валяться. И не сможешь согнуться. Или разогнуться. Оно тебе надо? Дома потанцуешь вволю. А потом мы ещё как-нибудь придём сюда. Или сам придёшь, от школы ведь недалеко. Только пообещай, что в первую очередь будешь думать о спине.

— А ты мне на слово поверишь? — вскинув голову, уточнил Чонин.

— Поверю. Ты пока не давал мне повода сомневаться в твоих словах. Надеюсь, что и не дашь.

Чонин задумчиво разглядывал его целую минуту, потом вздохнул.

— Ладно, обещаю. Точно домой сейчас? А то кафе тут недалеко.

— Нет уж. Тебе надо в душ, малыш. Срочно.

— Не называй меня так. — Чонин посмотрел волком.

— Хорошо. Мой мальчик. Так лучше?

Чонин с досадой поморщился, громко фыркнул и рванул обратно к оставленной у школы машине.

— На тебя не угодишь! — крикнул ему вслед Крис, довольно улыбаясь от уха до уха. — Но это можно расценить как согласие?

Ответа он, конечно же, не дождался.

========== - 5 - ==========

Комментарий к - 5 -

Доброго ночера, котики :)

- 5 -

Чонину с лёгкостью удавалось вгонять Криса в состояние шока. Он умел обескураживать парой фраз и выглядеть при этом невинным ангелом во плоти. Крис искренне пытался не искать двойное дно в словах и поступках Чонина, но юридическое образование и соответствующий склад ума здорово этому мешали.

В конце февраля Чонин с безмятежным видом протянул ему ручную камеру и попросил заснять видео с его танцем. Вроде бы нормальная просьба. Крис, не чуя подвоха, поднялся на второй этаж и сунулся следом за Чонином в зеркальную комнату. Пока возился с камерой и настраивал, не сразу понял, чем именно занят в это время Чонин.

Отлипнув от камеры, Крис вскинул голову и едва не свалился на пол с инфарктом, потому что у него перед глазами Чонин стягивал футболку, открывая грудь и плечи. Отбросив футболку, он ещё и за пояс джинсов взялся с явным намерением их снять.

— Что ты делаешь? — возмущённо вопросил Крис, хватая ртом воздух и пытаясь остаться на месте. Камеру при этом он тоже старался изо всех сил не сломать. Смотреть на полуодетого Чонина он определённо не мог. Спокойно — не мог. Взгляд своевольно скользил по бронзовой коже, задерживаясь там, где хотелось прикоснуться губами, провести языком, поцеловать, оставить метку… Что бы Крис ни вдалбливал себе в голову, он не мог остаться равнодушным. Никак. Какими бы возвышенными ни были его чувства к Чонину, тело Чонина всё равно привлекало его со страшной силой. Хотя бы обнять… или тронуть самыми кончиками пальцев… или коснуться дыханием… Хоть что-нибудь.

При мысли, что к телу прилагалась душа, Крису и вовсе становилось немыслимо дурно. Потому что Чонин сводил его с ума весь. Полностью. Со всеми его привычками, увлечениями и талантами. С его неудержимым смехом, ослепительными или смущёнными улыбками, с упрямо выдвинутым подбородком, озорными искорками в глазах, медведеватой стеснительностью и бурными всплесками эмоций, когда кулаком по колену или в плечо до сочных синяков.

— Раздеваюсь, хён, сам не видишь?

— Зачем? — Ещё немного — и Крис начал бы заикаться.

— Я хочу посмотреть на видео, как работают мышцы, чтобы понять, где я делаю всё правильно, а где ошибаюсь. Если танцевать в одежде, то я же ничего не увижу.

— Ты собираешься танцевать без одежды? — Кажется, сердечный приступ для Криса был неминуем. Он и в одежде-то не выдерживал откровенной сексуальности танцев Чонина, а уж если Чонин будет танцевать голым… Прощай, бренный мир, Крису Ву ты уже по барабану, полностью фиолетов и весь индифферентен.

— Ну да, а что? — Чонин уставился на Криса с недоумением.

— А ты сам подумай, — зарычал на него Крис. — Если кто-то увидит такое пор… видео, то что подумает, представляешь?

— Нет, а что? — Чонин почти что сиял святой наивностью.

— То, что ты без одежды, несовершеннолетний, а тот, кто снимает эту… этот танец, принудил тебя танцевать без одежды. И, может, не только танцевать. Совращение малолетних — это уголовное преступление вообще-то. Так не пойдёт, извини. Я не могу снимать тебя без одежды на видео.

— И что же мне тогда делать? — с обиженным возмущением вопросил Чонин, требовательно глядя на него из-под длинной чёлки.

— Ты меня спрашиваешь?

— А тут есть кто-то ещё? Хён, мне, правда, нужно. Мы можем заснять видео, ты дашь мне посмотреть, а потом сразу удалим. Никто не увидит.

Крис помотал головой, лишившись дара речи от такой перспективы. Потому что Чонин рисковал так никогда и не закончить танец. Потому что оператор окончательно двинулся бы крышей и натворил много чего.

Крис с трудом сглотнул и севшим голосом пробормотал:

— Есть вариант.

— Какой? — Чонин всё ещё сжимал пальцами пояс джинсов, и это здорово мешало Крису заниматься умственной деятельностью. Потому что очень хотелось посмотреть на Чонина без джинсов. Даже если нельзя, всё равно…