Читаем Боевой космос полностью

Цель трудноразличима. Скафандр морпеха словно хамелеон менял окраску в соответствии с освещением, цветом и очертаниями окружающей среды, позволяя удивительным образом сливаться с ней. Правда, в сложной среде, такой как город или лес, результат обычно не столь хорош, но здесь пейзаж предельно прост: абсолютно черное небо и серая порошкообразная пыль. В подобных условиях Ли вообще не мог видеть цель самостоятельно; индикатор шлема, срабатывая от ретранслятора скафандра, набрасывал яркую зеленую сетку визирных нитей на забрало, отмечая положение цели.

На Земле или в окружающей среде наподобие земной последовательность медицинских операций предельно ясна: восстановление дыхания, остановка сильного кровотечения, противошоковая терапия... И только затем решение таких менее значительных проблем, как закрепление сломанных костей. Или перевязка ран. Последовательность его действий определялась по традиционной схеме: дыхательные пути, дыхание, кровообращение. Сначала установить открытые дыхательные пути, затем восстановить дыхание и наконец остановить кровотечение и провести терапию против шока, вызванного потерей крови и ранением.

Подобная последовательность действий сохранялась также и в космосе, но здесь все обстояло намного сложнее. Первой проблемой становилась герметичность скафандра - чем больше отверстие в вакуумном бронированном скафандре морпеха, тем стремительнее потеря воздуха. В космическом бою санитар также должен уметь по возможности быстро починить скафандр. Исправность космического скафандра жизненно важна для сохранения жизни самого морпеха.

Вакуумный бронированный скафандр марки VIII снабжен достаточно развитым искусственным интеллектом, способным перекрыть отверстие и предотвратить падение давления. Губчатый внутренний слой многослойной брони, сделанный из пластмассы с <памятью>, специально разработанной для того, чтобы уплотняться на теле человека в месте утечки, служит своеобразным барьером дальнейшей потери воздуха. Тем не менее иногда полное перекрытие отверстия просто невозможно. Как сейчас, например. Скафандр сформировал изоляцию вокруг отверстия, чтобы поддержать внутреннее давление, но импульс лазера пробил отверстие в грудной полости и левом легком морпеха Воздух из мелких бронхов проникал в грудину и, как результат, состояние, называемое пневмотораксом - смешанный с кровью воздух через проколотый скафандр пузырьками улетал далеко в космос. По мере оттока воздуха состояние менялось на противоположное пневмотораксу - вакуум в грудной клетке с тяжелой травмой легочных тканей.

Внезапно ситуация резко ухудшилась. Как только Ли дотронулся до бронированного скафандра, замерзший сгусток крови и воды, закрывавший рану, неожиданно оторвался, и из раны вырвалась струя красного пара. Ли немедленно понял свою ошибку. Когда он изменил положение моряка, и почти закрытая сгустками замерзшей крови рана из тени попала на прямой солнечный свет, температура на поверхности брони возле раны поднялась с приблизительно минус 80 градусов по Цельсию почти до температуры кипения. Ледяной сгусток испарился в считанные секунды, вторично открыв и рану, и частично закрытое отверстие в броне.

Прежде всего надо перекрыть утечку. Сунув руку в закрепленный на правом бедре контейнер, Ли вытащил заряженный уплотнителем пистолет, прижал дуло к отверстию и нажал на спусковой крючок. Серая липкая субстанция, быстроотвердевающий полимер, обильно сдобренный запрограммированными наночастицами, прыснула на отверстие и на рану, почти сразу же превращаясь сначала в пластичную глиноподобную массу, затем окончательно затвердевая. Он вновь проверил данные скафандра морпеха. Внутреннее давление низкое, но стабильное.

Но у парня все еще продолжалось обильное внутреннее кровотечение в полость грудной клетки, и его сердце трепетало в мерцательной аритмии. Пациент был на грани смерти.

Ли достал другой инструмент, зонд Фрелиха, и резко вонзил иглу в броню чуть выше сердца. Кончик зонда располагался в нанофутляре, который буквально проскальзывал между молекулами вакуумной брони человека, затем сквозь его кожу, мускулы и кости, проникая в грудную клетку пациента и обеспечивая при этом почти стопроцентную воздухонепроницаемость. Оставив иглу на месте, он сделал инъекцию, затем приложил считывающее устройство. Оно загрузило в имплантат ноуменальное изображение красной, пульсирующей массы - бьющегося сердца - и позволило точнее расположить наконечник иглы прямо в синусном узле - над правым предсердием. Легче... легче... есть!

Теперь Ли мог запрограммировать зонд, направляя серию молниеносных слабых электрошоков прямо в синусный узел, упорядочивая ритм. Он наблюдал за показаниями прибора, пока компьютер зонда продолжал посылать электрические импульсы в сердце пациента. Фибрилляция прекратилась, пульс замедлился и хотя оставался быстрым, но все же приемлемым - 112 ударов в минуту.