— Э-э… не вздумай это где-нибудь повторить, — поспешно сказал Кратов и потянулся за видеобраслетом.

3

В перерыве между раундами, пока второй секундант, молчаливый мулат Доминик, разминал Кратову онемевшие плечи и шею, Ахонга склонился к его уху и тихонько спросил:

— У тебя есть какие-то виды на выигрыш?

Забавно, но возле ринга вся их взаимная уважительность рассеивалась, как туман, и они без каких-либо усилий переходили на «ты».

— Угу, — промычал Кратов из-под маски.

— Ты не мог бы завалить его в этом раунде?

Кратов с трудом — шея, как показалось, отчетливо заскрипела! — повернул голову и постарался изобразить взглядом недоумение. Это было нелегко после пропущенных ударов: в мозгу все еще клубился туман беспамятства, все тело наполнено было пустотой, как прихотливых очертаний воздушный шарик.

— Ты что, поставил на меня?! — спросил он свирепо и невнятно.

— Боже упаси, как можно! — Ахонга далее замахал руками. — Просто мне нужно через час быть в Концерт-холле. Там Озма выступает, а я со своими ребятишками обеспечиваю внешнюю охрану.

Кратов встряхнул руками — мышцы гудели и взывали о милосердии. Милосердия ждать не приходилось.

— Ладно, попробую, — сказал он. — Но сильно не надейся.