Читаем Блудные братья полностью

— Угу, я высокий, — сказал он с иронической гордостью. — И я ни капли не опасен. Даже наоборот… — Какая-то шальная мыслишка пыталась пробиться сквозь подступающую пелену беспамятства. — И тот, первый, не опасен. Стало быть, я второй?

Бионт качнулся вперед всем телом — голова перетянула, и он едва сумел восстановить равновесие.

— Да, ты второй, — подтвердил ушастый.

— А этот… первый… еще здесь?

— Да, здесь.

— Верно, я — Второй, — сказал Кратов. — Только вот он никакой не первый, а Третий. Третий навигатор погибшего корабля… Приведите его ко мне. У меня нет сил, я нуждаюсь в помощи настоящего, высокого человека. Я могу умереть, и тогда вам никто не поможет.

— Он не хочет, — промолвил бионт. — Он похож на нас. Другая программа.

— И слышать не желаю, — выдавил Кратов. — Приведите силой… уговорите… сделайте что-нибудь. Никаких смертей… никаких программ, только уговоры. Эпоха всеобщих уговоров. Вы уговорите его. Я уговорю высоких и маленьких. — Он снова нахмурился, пытаясь разогнать разбегающиеся мысли по местам, как укротитель дрессированных зверей по тумбам. — Кстати, о маленьких… Я ведь здесь не просто так. Я ищу маленькую девочку. Хотя она только зовется маленькой… а на самом деле давно уже взрослая сеньорита…

— Да, знаю, — с охотой откликнулся бионт. — Эпоха уговоров. Высокая маленькая потеряла одного из нас. А теперь нашла. Высокая маленькая уговаривает его идти с ней. Он не хочет, боится. А она уговаривает и не хочет уходить без него.

— Милая, добрая девочка Рисса… — бормотал Кратов, заваливаясь на бок. — Хоть кто-то на этом острове умеет быть добрым…

Его подхватили, не дали упасть. Не имея сил открыть глаза, он послушно оперся о чье-то плечо (невидимый спаситель закряхтел под его тяжестью, но сдюжил), затем обхватил здоровой рукой больную и бережно прижал к груди.

— А теперь потихонечку отсюда… — попросил Кратов. — Конечно, лучше всего вызвать сюда гравитр… но бедные зверушки перепугаются…

— Ты сможешь идти, Второй? — услышал он глухой, почти незнакомый голос.

— Вряд ли…

Это была ложь. Он мог идти, навалившись на подставленное плечо. Мог открыть глаза и согнать страдальческую гримасу с лица. Разумеется, ему было плохо.

Он хотел, чтобы Стас Ертаулов думал, будто бы его старый друг умирает.

Оттого-то ему было еще и стыдно.

Плохо и стыдно. И то и другое — не слишком.

— Дотащите меня до опушки, — сказал он. — И позовите на помощь по моему браслету. И пускай никто не боится высоких. А уж они не дадут вас в обиду маленьким.

С шумным сопением подковылял Кинг-Конг, подставил широкую, как кровать, волосатую спину. От него разило растительной гнилью и застарелым звериным дерьмом. «Ты не виноват, дружище…» — проронил Кратов, всползая могучей обезьянище на закорки… Ему сразу же вспомнился стихотворец Бубб с планеты Церус I. Того и жди — внезапно и не совсем к месту вдруг позвучат самые варварские «танка», что когда-либо сочинялись под сводами Галактики.

Но Кинг-Конг молчал и только сопел, да еще урчал необъятным брюхом… Кратова покачивало, как в лодке. Он приоткрыл один глаз — рядом неуклюже трусил Годзилла, чуть поодаль трюхал, вывалив язык едва не до земли, баскервильский пес, да еще мелькала между стволов чья-то тень.

— А где этот… с ушами?

— Он решил остаться. Ему трудно ходить.

— Нет! — почти закричал Кратов. — Он должен идти с нами. Пускай все идут! Уговорите его…

— Успокойся, — сказал невидимый Стас Ертаулов. — Я и сам не решил еще, идти мне с тобой или нет.

— Только посмей исчезнуть, — пригрозил Кратов. — Ты смерти моей хочешь?..

Ответа он не услышал, потому что милостиво позволил себе лишиться чувств.

* * *