Парни, грозно вырисовав в воздухе предупреждающий знак, кинулись на полукровку, но Рейн ловко увернулась от них: их двое, она одна – нечестный поединок, но вот для маленькой преграды в виде щеподробилки – в самый раз. Если измельчителю нравится хрустеть не только сухими ветками, то, наверно, стоит попробовать дать установке другое сверхъестественное блюдо? Полукровка отпрыгнула в сторону колесом, сапогом ударяя зазевавшегося слугу Эфемеры в челюсть; на секунду ей даже показалось, что тот свой собственный кляп от боли прокусил до трещин, но ей не дали сосредоточиться на нём; другой ударил клинком по земле, вызывая электрическую волну, и Рейн, быстро смекнув, кинула в его сторону гарпун; крюк, пробивший череп, выходя на вылет с дождём крови, прочно закрепился за кость.
- Иди-ка сюда! – она протянула врага к себе, разворачивая его в качестве живого щита к собрату; пока тот промахнулся мечом по воздуху, дампир, удерживая ниндзя, обежала второго, соединяя их двоих цепью.
Ниндзя соединялись друг с другом всё ближе; один хотел разорвать узы мечом, но сильно стиснутые звенья помешали ему в этом, и пришлось выпустить оружие из рук; Рейн затянула гарпун жёстче, казалось, что послышался треск их костей, и слуги Эфемеры поднялись на цыпочки, нелепо приплясывая. Связанных, она повела их к щеподробилке, как нашкодивших щенков за поводок; существа тени издали сиплый вздох – последний перед их кончиной. Рейн подскочила к одному из ниндзя, вонзая клыки в его плечо; она надеялась напиться крови, но, почувствовав на языке мерзкий привкус того, что текло в венах слуг Эфемеры, отпрянула, сплёвывая; что внутри, что снаружи – гадость! Дампир щёлкнула языком и выпустила гарпун, и двое, связанных цепью, раскрутились волчком, падая прямиком в горло измельчителя, что голодно рычал старым мотором.
В ту же секунду парк оглушил истошный вопль.
Рейн юркнула в сторону, и щеподробилка, вкусив плоти, изрыгалась кровавыми каплями, подпрыгивала на месте, пытаясь переварить свежие мясо и кости. Установка просто не могла справиться с новыми видом топлива: измельчитель нагревался, металлическая оболочка покраснела, мотор протяжно загудел, и дампир, отойдя в сторону, прячась за деревом, отсчитывала последние секунды старой машины: дробилка дымилась, и вскоре, спустя какие-то пару секунд, не справившись с «запором», взорвалась, выбивая решётчатую дверь, которую до этого времени блокировала. Проход открыт.
Дампир пошла по дорожке в небольшой переулок, надеясь в скором времени перехватить Эфемеру. Перепрыгнув через задетые взрывом стволы деревьев, сложившихся одним большим бутербродом, и сломанную установку, она продолжила свой путь по парку. Прямоугольный полуразрушенный тоннель вскоре сменился выходом на когда-то вторую зону зоопарка: часть аттракционов лежала в руинах, клетки пустовали, в маленьком фонтанчике плавали человеческие останки, а внизу, в вольерах, предназначенных для хищников, миньоны Эфемеры сражались с оставшимися насекомыми големами, разваливающимися мёртвыми тараканами с каждым шагом. Клоны и букашки… ловушка для обоих. Полукровка подошла ближе к площадке, облокачиваясь о бетонные перегородки, наблюдая за поединком двух неравных сторон; от предыдущих жителей клетки остались лишь обглоданные кости и черепа.
- Вы такие молчаливые – просто жуть. Если бы меня жрали тараканы, я бы визжала как сирена, - дампир чувствовала, как сзади кто-то крадётся к ней, но сделала вид, будто всё так должно и быть. – Ух, надо бы этот момент насчёт «Тёмного дара» получить в письменном виде.
Когда она развернулась на каблуках, то увидела двоих из легиона теней, шептавших что-то на своём родном языке. Рейн закатила глаза, расслабленно потягиваясь; расправиться с этими отморозками будет легче лёгкого. Слуги Эфемеры не нападали первыми, а покорно выжидали, демонстрируя боевую стойку. Дампир, игнорируя звуки окружения, обратила внимание на то, как один из солдат повернул голову в сторону, а затем послышался ровный промежуточный писк.
Она заметила вдалеке детскую карусель с разноцветными лошадками.
Вот в чём дело.
- Думаете, это круто, да? - легион теней продолжал стоять на месте, перешёптываясь. – Совсем нет. Вы, наверно, всё это на ходу придумываете. Это ещё один повод порубить вас к чертям собачьим.