Читаем Блондинка в Монпелье полностью

— А вдруг он ещё круче? Нет, я обязательно должна проверить. А потом выберу того, кто лучше.

— Ну, ты и чертовка!

— Просто мне нравится жить. Обожаю процесс. Боже, это так классно! Посмотри вокруг! Мы на юге Франции, в самом настоящем раю… И все нам улыбаются, все такие милые…

Наверное, именно эта радостная энергия, бьющая фонтаном, и привлекала всегда к Кристине мужчин.

Плюс готовность к сексу на первом свидании.

— Лен, а у тебя-то как дела? Мы всё обо мне да обо мне. У тебя кто-то есть?

— У меня много чего есть. Дочка, бизнес.

— А мужчина?

— С этим вопросом сложнее. Мужчина у меня вроде бы и есть. Но в то же время его как бы и нет.

— Да, — вздохнула Кристина. — Так часто бывает. А как его зовут? Твоего принца-невидимку?

— Вольдемар.

— Что?

— Вовчик. Короче, Владимир.

— И что у вас случилось?

— Нашла коса на камень. Он крутой, а я ещё круче. У него холдинг, но и у меня фирма. Он гордый, я своенравная. Он лев, а мне совсем не страшно. Вот и не можем ужиться.

— Ленка, да ты полная дура!

— Почему?

— Разве так с мужчинами обращаются?

— Я тебя умоляю. Не надо меня учить, как обращаться с мужчинами. У меня их было множество.

— И хоть один задержался надолго?

Я задумалась. Володя вроде хотел задержаться. Но, похоже, и у него уже лопнуло терпение…

Настроение испортилось. Пока ещё непонятно, расстались мы с Володей или всё же наладим отношения. Но стоит подумать о том, что он навсегда исчезнет из моей жизни, — и солнце меркнет…

Разговор о мужчинах пришлось свернуть, так как появилась Натка.

— Бонжур, — сказала она. — Привет, мамочка, здравствуйте, Кристина Эдуардовна. Девушки, вы ослепительно выглядите!

Ах, какая вежливая и культурная у меня доченька!

— Блин, сейчас сдохну от голода! — добавила Натка. — Срочно дайте чего-нибудь пожрать. У меня всего сорок минут.

Мы тут же подозвали официанта. Высокий черноволосый паренёк маячил неподалёку и бросал в нашу сторону скорбные взгляды — он уже потерял надежду дождаться от нас полноценного заказа.

Кристина, не утруждая себя изысканным произношением, скомандовала ему принести три комплексных обеда по пятнадцать евро. Я видела, как вытянулось лицо дочери: корявая и безграмотная речь моей однокурсницы резала ей слух. Натка-то целый год оттачивала произношение с помощью профессора из Сен-Мало, занимаясь по скайпу. А Кристина не парилась, она выучила пять глаголов, три местоимения — и вперёд, на мины, ни капли не сомневаясь в том, что великолепно владеет французским…

— Мама, но ведь она издевается над языком! — возмутилась Натка в понедельник, после того, как в первый раз услышала Кристинины перлы.

— Да ладно! Как смогла, так и выучила. Ей нужно с женихом прийти к консенсусу. Было бы затруднительно это сделать, не владея языком. Кристину Эдуардовну похвалить надо, а не ругать.

— Мама, а знаешь ли ты, что сказал Анатоль Франс о французском языке?

— Да зачем мне…

— Нет, ты послушай, — перебила дочь. — Цитирую близко к тексту: «Французская речь — это женщина столь прекрасная и гордая, скромная и изысканная, мудрая и легкомысленная, что, влюбившись в неё всем сердцем, уже никогда ей не изменишь».

— Эка завернул!

— Как-то так.

— Флаг ему в руки.

— Мама! — вздохнула дочь. — Анатоль Франс, вообще-то, нобелевский лауреат, а его произведения относятся к сокровищам французской литературы!

Вот. Моя дочь не только вежливая, но и очень образованная.

Горжусь!

Пусть дочь и возмущалась лингвистической нахрапистостью Кристины, а мне однокурсница нравилась всё больше и больше. В мединституте мы особо не дружили. Не каждому удастся проломить мою броню закоренелого мизантропа. В целом, я не очень-то хорошо отношусь к людям. Злая и вредная. Но радостное и позитивное отношение Кристины к жизни мне импонировало, а её компания доставляла удовольствие…

Итак, мы наконец сделали заказ.

Официант сразу принёс приборы, а также графин воды и корзину с багетами и булками. Дочь тут же выхватила из корзинки хрустящий батон и, урча, как голодная кошка, впилась в него зубами.

— Бедная малышка, совсем заучилась! Так, сейчас мы посмотрим, что вкладывают французы в понятие «комплексный обед», — сказала Кристина.

Как выяснилось — очень многое!

Сначала нам принесли по огромной тарелке салата из зелени, оранжевой дыни, пармской ветчины, шариков моцареллы и помидорок-черри, нанизанных на шпажку в виде шашлычков.

Покончив с салатом, мы отвалились от стола, как три сытых саранчи, слопавших гектар посевов. Но это было только начало. Официант уже спешил в нашу сторону с новым грузом. Теперь каждой голодающей русской даме досталось блюдо с гигантской отбивной, источающей сок и аромат. К мясу прилагались золотистые горошины картофеля и ещё один салат — теперь уже из баклажанов со сладким перцем.

— В меня столько не влезет! — взмолилась Натка.

— Трескай, поправляйся, — приказала Кристина.

На десерт коварный юноша притаранил подносы с кофе, мороженым, шоколадным пирожным и суфле из манго. Каждой из нас! А ведь мы уже не могли дышать.

— Не понимаю, как француженкам удаётся сберечь фигуру! — в отчаянии воскликнула Кристина.