Читаем Блондинка. том I полностью

Ведь то было не настоящее имя. Такой персоны не существовало вовсе. Но была роль, которую я сыграла, и от души надеялась, что могу гордиться своей игрой.

Однако после первого просмотра «Асфальтовых джунглей» этот вопрос звучал неоднократно. Кто эта блондинка?..

Но на этот случай в зале присутствовал И. Э. Шинн. Он-то и отвечал:

— Кто блондинка? Да моя клиентка, Мэрилин Монро.

Норму Джин колотило от страха. И она спряталась в дамской комнате. Заперлась в туалетной кабинке, где в течение нескольких минут изо всех сил пыталась пописать и в конце концом выдавила из себя полчашки обжигающе горячей мочи. И ее прозрачные нейлоновые чулки перекрутились, и белый шелковый пояс с резинками врезался в живот. И ее элегантное белое платье для коктейля из шелка с шифоном, в тоненькую, как спагетти, полоску, с глубоким вырезом и юбкой «в облипку», складками собралось на бедрах, а край юбки свисал на пол. И тут ею овладел старый, еще детский страх — как бы не оставить пятен на одежде, не закапать ее мочой, не испачкать кровью, потом. Она сильно потела и вся дрожала. Сидя в просмотровом зале, она высвободила свои ледяные пальчики из стальной хватки И. Э. Шинна (маленький агент крепко держал ее за руку, зная, что она нервничает, чувствуя, что вся натянута как струна) и вылетела из зала после своей второй сцены, где, будучи «Анджелой», горько рыдала, пряча хорошенькое личико в ладонях. Ее предал любовник, «дядя Леон», что чуть позже, в следующей сцене, неизбежно приведет к самоубийству, и этот уже немолодой мужчина покончит с собой.

И я действительно испытывала в те минуты вину и жгучее чувство стыда. Словно и взаправду была Анджелой, отомстившей мужчине, который любил меня.

Но где Касс? Почему он не пришел на просмотр? Норма Джин просто умирала от любви к нему. Сейчас он был нужен ей, как никогда! Ведь он обещал прийти, и сидеть рядом с ней, и держать ее за руку. Ведь он знал, как она страшится этого вечера, но так и не появился; и то было уже не в первый раз, когда Касс Чаплин обещал Норме Джин свое присутствие и поддержку в общественном месте, где глаза всех и каждого были устремлены на него и в них светилось узнавание. Это он?.. А затем неизбежное разочарование: Нет, конечно, не он, должно быть, это его сын. И глаза тут же снова оживлялись, и в них просыпался интерес: А, так это сын Чарли Чаплина! И маленькой Литы! Но очень часто он не сдерживал своего обещания и не приходил. И после этого не извинялся и даже не объяснял причин своего отсутствия. Мало того, Норме Джин еще приходилось извиняться перед ним за собственную обиду и беспокойство.

Он часто говорил ей, что быть сыном Чарли Чаплина — сущее проклятие, что люди лишь по глупости своей думают, что это благословение Божие. «Думают, что у нас не жизнь, а волшебная сказка и что я — сын короля». И еще он рассказывал Норме Джин, что всеми обожаемый Маленький Бродяга был отъявленным эгоистом, презиравшим детей, в особенности — своих собственных. Что в течение целого года он не разрешал юной жене назвать первенца своим именем из какого-то суеверного страха и нежелания поделиться именем с кем-то другим, ни с кем, даже с собственным сыном, плоть от плоти и кровь от крови его! Он рассказал Норме Джин, что через два года Чаплин развелся с Малышкой Литой, и лишил его, Чарли Чаплина-младшего, всех наследных и имущественных прав. Потому что на самом деле он нуждался лишь в льстивом преклонении толпы, а не в тихом семейном счастье и любви. «Едва успев появиться на свет, я уже словно ушел в небытие. Потому что, если ты не нужен своему родному отцу, у тебя как бы нет законного права на существование».

Норма Джин не стала оспаривать этого утверждения. Ибо она, как никто другой, знала: да, это так.

И в то же время с каким-то детским упрямством продолжала думать: Если б на его месте оказалась я, он бы меня любил. Он бы точно полюбил меня, если б мы когда-нибудь встретились. Потому что бабушка Делла всегда восхищалась Маленьким Бродягой и Глэдис тоже. И Норма Джин выросла под взглядом этих глаз, смотревших на нее с засиженной мухами стены в так называемой «резиденции» ее безумной матери. Его глаза. Родственная душа. И разница в возрасте не имеет никакого значения.