Читаем Блондинка. том I полностью

Она смотрела на Отто, тот стоял, повернувшись к ней спиной, в бесформенной черной футболке, рабочих штанах, сильно оттопыренных на коленях, в заляпанных грязью полотняных тапочках. Ни одна из моделей, работавших в агентстве Прина, ни одна из молодых актрис Студии, знакомых с Отто Эсе, ничего по-настоящему о нем не знала. Он пользовался репутацией пунктуального неутомимого работника, не более того. «Ну, с Отто Эсе дело иметь можно. Он никогда не теряет времени даром». Но личная его жизнь оставалась загадкой. «Право, даже как-то трудно представить, что наш Отто гомик». Норма Джин заметила, что волосы у Отто отливают металлической белизной и что они начали редеть на макушке узкой и вытянутой головы. А профиль у него оказался ястребиный, чего прежде Норма Джин никогда не замечала. И еще в нем было что-то хищное, голодное и первобытное. Легко представить, как он, стремительно планируя, набрасывается с высоты на свою добычу.

В данный момент Отто был занят тем, что прикреплял большой отрез малиново-красного бархата к какому-то шаткому сооружению из картона. Он не видел, что она за ним наблюдает. Он насвистывал и тихонько бормотал что-то себе под нос, а потом вдруг засмеялся. И, обернувшись, начал оглядывать помещение студии, где среди мусора виднелись разрозненные предметы домашнего обихода: кухонный столик на хромированных ножках, стулья, покрытые толстым слоем пыли, сковородка, кофейник, несколько чашек. Там же стояли шестифутовые стеллажи из клееной фанеры и пробкового дерева, где он хранил дюжины рулонов пленки и горы снимков — некоторые из них пожелтели от времени. Рядом находился грязный до омерзения туалет, отделенный от остального помещения мятой занавеской из мешковины. Норма Джин до смерти боялась пользоваться этим туалетом и всегда терпела, сколько могла. И вдруг ей показалось, что за мешковиной шевельнулась чья-то тень. Неужели там кто-то есть?.. Неужели он привел кого-то, подсматривать за мной?..

Мысль показалась совершенно дикой и абсурдной. Отто не такой. Отто всегда ненавидел тех, кто шпионит и подглядывает.

— Ну, ты готова, детка? Надеюсь, не стесняешься, нет? — Отто швырнул Норме Джин какую-то мятую тряпку, которая при ближайшем рассмотрении оказалась бывшей занавеской. Она с благодарностью завернулась в нее. Отто сказал: — Использую тисненый бархат для создания эффекта «конфетной коробки». Ведь ты у нас сладенькая, как конфетка, такая аппетитная, так и хочется съесть! — Произнес он все это самым небрежным тоном, словно им обоим уже довелось побывать в подобной ситуации. Теперь он был занят тем, что устанавливал штатив, заряжал и прилаживал к нему камеру. И лишь мельком взглянул на Норму Джин, которая приближалась к нему как во сне, медленно и оцепенело. Малиновый бархат изрядно пообтрепался по краям, но сохранил живой и тревожный цвет. Отто пристроил ткань так, чтобы края ее не были видны на снимке, и низенький табурет, на котором должна была сидеть Норма Джин, находился как бы в обрамлении этого тревожного цвета.

— Отто, нельзя ли мне на минутку зайти в в-ванную? Просто для того…

— Нет. Туалет не работает.

— Да я просто хотела помыть…

— Я же сказал, нет. Давай-ка за дело, «Мисс Золотые Мечты».

— Так что я должна изображать?

Даже сейчас Отто не смотрел на Норму Джин. Возможно, из деликатности. А может, просто боялся, что девушка ударится в панику и сбежит. По-прежнему завернутая в грязную занавеску, приблизилась она к сооружению, и ее ослепил пугающе яркий свет ламп. И лишь когда она неуверенно шагнула в «конфетную коробку», Отто увидел ее и резко заметил:

— Туфли? На тебе туфли? Немедленно снять!

В ответ Норма Джин, заикаясь, пробормотала:

— Но п-почему нельзя в туфлях? Пол такой грязный.

— Не валяй дурака. Где это ты видела обнаженную натуру в туфлях? — И Отто презрительно фыркнул.

Норма Джин почувствовала, что лицо у нее так и горит. Какая же она мясистая. Даже жирная! Эти груди, которыми она всегда так гордилась, эти бедра и задница! И собственная фигура с гладкой кремовой кожей вдруг показалась ей неким третьим лицом, присутствующим в комнате, неким нежданным и нежеланным гостем.

— Просто ноги… мои ноги… они кажутся какими-то особенно г-голыми. — И Норма Джин рассмеялась, но не так как ее учили на Студии, а по-старому — пискнула, как испуганная мышка, которую вот-вот раздавят. — Но ты д-должен пообещать, что на снимке не будет видно… нижней части. Ступней ног… Отто, ну, пожалуйста!

Почему это вдруг стало для нее столь важным? Ступни ног!