Читаем Блокада. Том 2 полностью

И как бы в подтверждение его слов неподалеку разорвался снаряд.

— Вижу, что не в тыл, — угрюмо отозвался водитель.

— Покажи, как поедем, — сказал Звягинцев и вынул из планшета карту.

— Не заблужусь, не бойтесь, — усмехнулся Молчанов.

— Останови машину! — вскипел Звягинцев.

Молчанов нехотя затормозил.

— Я приказал показать на карте маршрут. Где мы сейчас находимся?

Молчанов недовольно передернул плечами, снял рукавицы, бросил их себе на колени, взял карту.

— Вот здесь едем, — сказал он. — На Мурманские Ворота. — И ткнул пальцем в квадратик к северо-востоку от Волхова.

Звягинцев посмотрел на карту и недоуменно спросил:

— Не понимаю. Почему через Мурманские Ворота, когда есть более близкий путь? Вот смотри: вдоль железной дороги на юго-восток, на деревню Вячково, оттуда на восток к Устью. От него до Заднева рукой подать!

Молчанов, ни слова не говоря, сложил карту, вернул ее Звягинцеву и включил мотор. Машина тронулась с места.

— Я жду ответа! — резко произнес Звягинцев.

— Да какой же вам ответ нужен? — снисходительно произнес Молчанов. — К немцам, что ли, хотите попасть? Карта, она картой и остается — бумажный лист. Как я на Вячково вас повезу, когда там бои идут?!

— Но Вячково в наших руках!

— А то, что оно уже раза три из рук в руки переходило, вам не докладывали? — огрызнулся Молчанов. — Когда выехали, может, было и наше, а когда приедем… Нет, товарищ майор, на Вячково я не повезу. Поедем на Мурманские Ворота, а оттуда новая дорога проложена. Фашинная. Прямо на Устье.

Звягинцев промолчал. Он понимал, что штабной шофер, которому постоянно приходится ездить с КП армии в расположения частей, лучше, чем операторы, знает надежные маршруты. И хотя, судя по всему, этот ершистый, угрюмый Молчанов заботился не о том, чтобы быстрее попасть на КП дивизии, а о собственной безопасности, разумнее было послушаться его совета.

Опять ехали молча. Наконец Звягинцев увидел впереди полуразрушенное здание станции. Это и были Мурманские Ворота. На занесенных снегом рельсах стояли покореженные, полусожженные товарные вагоны.

Где-то совсем недалеко снова разорвался снаряд, послышалась пулеметная очередь. Звягинцев насторожился. Молчанов же все так же неотрывно смотрел на дорогу и на предельной скорости гнал машину по направлению к чернеющей впереди громаде мертвого, мрачно возвышающегося над снежными сугробами леса.

Въехав в лес, круто свернул в сторону. Машину стало трясти так, что Звягинцев несколько раз ударился головой о туго натянутый брезентовый верх. Он догадался, что теперь они едут по фашинам. Настильная бревенчатая дорога была проложена, видимо, по болоту, которое до конца не замерзало и зимой, — под колесами хлюпала вода. Через каждые сто — двести метров по сторонам дороги были сделаны бревенчатые площадки, чтобы встречные машины могли разъехаться.

Эта скрытая от взглядов немецких летчиков узкая дорога в лесу была довольно оживленной, то и дело приходилось пропускать грузовики. Часто встречались раненые. Одних везли в машинах или на санях, другие шли пешком.

Поравнявшись с очередной группой раненых, Звягинцев велел Молчанову остановиться, открыл дверцу.

— Из какой дивизии, товарищи! — крикнул он.

— Триста десятая, — ответил один из бойцов с рукой на перевязи.

— Где идет бой? — спросил Звягинцев.

— А кто его знает, — ответил боец, — везде бой!

— Отвечайте точнее! — нетерпеливо приказал Звягинцев.

— А точнее — сами разберетесь, товарищ командир, если туда доедете!

Звягинцев велел Молчанову ехать дальше. И опять они тряслись по фашинной дороге, двигаясь вперед с черепашьей скоростью. Прошло не менее получаса, прежде чем наконец выбрались на опушку леса.

Там огляделись. На снегу лежали обгоревшие санитарные фургоны, перевернутые вверх колесами полуторки. Впереди виднелись развалины поселка.

— Устье! — объявил Молчанов. — Можете отметочку на своей карте сделать. На Заднево курс берем.

Теперь слышны были уже не отдельные выстрелы, а грохот ближнего боя. Казалось, он доносился со всех сторон.

«Газик» нырнул в глубокую колею, едва выбрался из нее. С визгом пролетел очередной снаряд и разорвался настолько близко, что машину тряхнуло.

Молчанов резко свернул с дороги и заглушил мотор.

— В чем дело? — крикнул ему Звягинцев.

— Куда ехать-то, товарищ майор?! — угрюмо ответил Молчанов. — Впереди бой идет, а мы не на танке!

Слева, метрах в ста от машины, снова громыхнул снаряд, подняв в воздух бело-черный столб снега и земли.

Звягинцев, казалось, ничего не замечал. Одно стремление владело им — как можно скорее добраться до КП.

— Вперед, я говорю! — крикнул он водителю.

— Товарищ майор, поймите, — отозвался Молчанов, — мы же в машине, как в мышеловке! Тут до Заднева всего с полкилометра — вон оно, перед рощицей, если перебежками — за пятнадцать минут добраться можно!

— Ладно, — бросил Звягинцев и в сердцах добавил: — Ах ты, Молчанов!

Рванул дверцу, выпрыгнул из машины в снег, выбрался на дорогу и побежал вперед, к рощице.