- Я должна разобраться со всем этим сама, понимаешь? Так будет правильно. Чтобы я потом не жалела ни о чем. Но да, ты прав. Я не хочу уходить, просто сейчас так надо. У меня никогда не получится начать…никакого общения с мужчиной, пока я в браке. Вчера ты тоже был прав. Это не мое. Я так не умею.

Воланд пристально смотрит мне в глаза. Возможно, он не согласен, а возможно, и нет, но в результате ему приходится смириться.

Он кивает пару раз и говорит то, что мне снова слишком сильно нравится…

- Ты знаешь? Таких, как ты - одна на миллион. Я тебя уважаю за то, как ты думаешь, а особенно за то, что ты действительно веришь в свои слова. Но.

- Но?

- Сегодня я уезжаю домой.

Эта информация неприятно ранит меня. Неожиданно и сильно.

- Домой? - растерянно спрашиваю, он кивает.

- Я не живу в Москве. Терпеть ее не могу, если честно. Это не мой город. Здесь нет ни спокойствия, ни души.

- Хорошая характеристика.

- Уж как есть. Мы же договорились, что я не буду выбирать выражений, помнишь?

- Помню.

- Так вот, - он подходит к комоду, выдвигает первый ящик и достает оттуда небольшую, черную карточку, а потом поворачивается ко мне, - Это квартира моя. А это ключ от нее.

Воланд берет мою руку, вкладывает в нее холодный металл, который только выглядит как пластик. Спойлер: нет. Карточка действительно выполнена из какого-то металла, причудливая и достаточно тяжеленькая…ну, для карточки.

О чем я думаю?

Господи, да о чем угодно. Такого поворота я не ожидала, и он меня сильно шокирует, поэтому я смотрю на причудливые, серебристые узоры, а не ему в глаза.

- Я предупрежу внизу о тебе, и если когда-нибудь тебе понадобится убежище, ты всегда можешь прийти сюда.

- Это…тебе не кажется, что это слишком? - шепчу еле слышно, а потом все-таки смотрю в его глаза, - В смысле…вдруг я на самом деле какая-нибудь…блядь, не знаю…вот! Видишь! Матерюсь! Вполне могу оказаться кончалыгой или наркоманкой! Обворую тебя и…

Издаю нервный смешок и резко захлопываю варежку. Что я только что сказал?! Ад. Какой кошмар!

Краснею жутко, но его это не отталкивает. В смысле, мой бред, конечно же, потому, что румянец на щеках его точно притягивает ближе. Я это еще вчера поняла.

- Ты забавная.

- Я не…боже! - топаю ножкой и повышаю на нервах голос, - Ты невозможный просто! Я же говорю серьезно!

- У меня много недвижимости и много денег. Украдешь? Не убудет.

- А если я сюда притащу своего любовника, а? И трахнусь с ним на каждой плоской поверхности?!

Реплика его смешит, а потом неожиданно Воланд делает на меня шаг и низко, тихо шепчет.

- Если бы я думал, что ты готова трахнуться на каждой, плоской поверхности моего пентхауса, тебе не понадобился бы никакой любовник, Мар-га-ри-та.

О боже.

По телу проходит мощный разряд тока, а я теряю дар речи.

И, кажется, абсолютно весь стыд, потому что перед глазами так и скачут картинки, как я впиваюсь ему в губы и воплощаю…эти его слова и свои угрозы в жизнь.

Боже…нет, все-таки от Дьявола в тебе тоже что-то есть.

Воланд усмехается, глядя на меня сверху вниз.

- С этим разобрались? Отлично, теперь о другом, - добавляет хрипло, - Если тебе понадобится моя помощь, я оставлю номер своего телефона на баре. Ты запомнила, где бар?

Киваю.

- Хорошая девочка. Телефон личный, звони в любое время суток и, я тебя умоляю, без всякого бреда наподобие «мне неловко к тебе обращаться» - звони. Сразу, если появятся какие-то проблемы. Я тебе помогу. Даю свое слово.

Я бы снова спросила, зачем это ему? Но какой в этом смысл? Он мне уже говорил, а даже если есть какие-то дополнительные мотивы, Воланд в этом не сознается.

Он до странного хорошо чувствует людей, я это уже говорила, и он до странного хорошо чувствует меня - это мое личное открытие сегодняшнего утра. Поэтому он понимает: к любым предложениям я сейчас не готова. Надо подождать. И я не знаю…может быть, это мое воображение, но мне кажется, что он готов ждать. По крайней мере, он очень аккуратно двигается по тонкому льду моей расшатанной психики, и это подкупает.

Так наша близость становится еще более осязаемой, и когда я захожу в лифт, смотрю ему в глаза…я точно знаю, что это не последняя наша встреча. А еще, знаете, где я могу поставить отметку в "сто процентов"? Когда он сказал «если мы еще раз встретимся», на самом деле он хотел сказать «когда».

Когда мы еще раз встретимся…

*Одна из самых знаменитых фраз персонажа романа «Мастер и Маргарита» Воланда в разговоре, случившимся на Патриарших прудах между председателем правления МАССОЛИТа (Московской ассоциации литераторов) Михаилом Берлиозом, Воландом и «задирой-поэтом», членом МАССОЛИТа Иваном Бездомным.

<p>«Мое право на свободу»</p>

Катя

Я включаю телефон только в момент, когда захожу в лифт, чтобы максимально оттянуть необходимость разговаривать с мужем.

Она настанет точно.

Наверно, это был…гаденький поступок - взять и отключиться на всю ночь вплоть до обеда, но это, похоже, моя маленькая, женская месть. Или не совсем женская, а сучья - я точно не уверена, хотя, возможно, здесь разницы никакой и нет.