Читаем Ближе к истине полностью

Нет, нет и нет! — говорю я. Не потому, что каждая ипостась автора о необходимости покаяния грешит благой наивностью: коммунисты, духовенство, часть (?) интеллигенции, «новые русские» и, наконец, руководители государств. Экая персонификация! Но под конец по Достоевскому: «все должны простить друг друга».

Представляю себе богоизбранных, более чем кто‑либо жаждущих нашего покаяния, как они ухмыляются, читая эти наивные выкладки автора. Сами‑то они и не подумают каяться. Наши покаяния примут с превеликим удовольствием, чтоб еще больше унизить и подавить нас. И уже по одной этой причине покаяние не имеет смысла.

Но дело даже не в этом. Само покаяние, как таковое, было придумано идеологами религии для того, чтобы дать грешному насквозь человеку отдушину, не оставлять его в безвыходном положении. Только и всего. Ибо в покаянии по большому счету нет ни толики здравого смысла. Где он,

в чем, если всякий покаявшийся снова и снова грешит. Зная твердо, что снова может покаятся. А потому сколько живет, столько и грешит. Грешит и кается. Кается и грешит. Что за смысл в этом? Держать человека все время на коленях? Этого как раз добиваются «доброжелатели» России.

В главе под заголовком «Ценностные ориентиры и образ жизни» удивляют заключительные строки: «…прервана связь времен, разорваны человеческие связи, развращается духовная жизнь… И все это на фоне развязанного террора нищетой. И нет попутного ветра в паруса нашей экономики, так как неизвестен порт назначения…»

А мне кажется, порт назначения известен. Да и автор это доказывает в своей книге. Это благосостояние народа. Разумеется, с чувством меры потребления. Отсюда совершенно четко вырисовывается и пункт назначения в глобальном смысле: Природа — Человек — Вера.

Природа — в том смысле, что Человек должен хранить Природу как зеницу ока. В противном случае он обречен.

Человек — имеется в виду его постоянное самосовершенствование. В противном случае он никогда не постигнет непреложную истину, что только в согласии с Природой он выживет.

Вера — убежденность Человека в том, что он способен на бесконечное самосовершенствование. Без веры в себя, в доброе начало в себе Человек как венец Природы не состоится. И исчезнет с лица Земли.

Доказательство всему этому я нахожу в книге Николая Першина.

Христос сказал: «Будьте совершенны как отец Ваш небесный».

Эти слова выражают вековую идею всех народов. Ибо и в Библии, и в Коране, и в Талмуде, и в любом другом религиозном писании мы найдем эту мысль. И по этой причине, по причине универсальности мысли Христа, каждый толкователь вправе сказать про свое вероучение, как сказал Достоевский о христианстве: «Христианство — есть доказательство того, что в человеке может вместиться Бог. Это величайшая идея и величайшая слава человека, которой он мог достигнуть». А Бог, по словам Бердяева — есть смысл и истина мира. Вот и получается — Христос ли это, Аллах, Перун или Один — это лишь слова — символы, означающие одно — Высший Мировой Разум.

Даже В. И. Ленин — главный атеист мира — обмолвился как‑то «религия дает человеку идеал».

Не зря идеи коммунизма пропитаны постулатами православия.

Россия прошла трагический путь безверия. И что? Ничего. Кроме стыда перед мыслителями средневековья. Того же Фомы Аквинского, который вон когда! понимал: «Все, и даже кажущееся случайным и бесполезным, направляется к некоей цели, имеет смысл, полезность. Следовательно, над нами разумное существо, которое направляет все естественные вещи к цели. Им является Бог».

М. Горький к концу жизни пришел к заключению, что «как солнце дает тень, так мудрость жизни (читай — Бог) каждому дурному поступку человека готовит возмездие».

Иными словами — все в мире предопределено Всевышним. И то, что я пишу эти строчки. У меня порой такое ощущение, будто за моей спиной, за плечами стоит некто и ведет мою мысль. Я только записываю.

Вообще с некоторых пор мне кажется, что я иногда общаюсь с Создателем. При этом я заметил одну сверхтонкость: когда я поступаю по — доброму, и он ко мне по-доброму. И подсказывает. Дает понять. О чем‑нибудь хорошем — тихим ускользающим озоновым заревом на душе. О плохом — мягким тревожным уколом в сердце.

Вот и сейчас. На кухне звякнула крышка на кастрюле. Увлеченный работой, я сначала не придал этому значения. Забыл, что там у меня варится. Но звякнуло раз, второй, третий. И только после третьего я вспомнил, что там у меня варево. Пришел на кухню. В кастрюле кипит, но уже изрядно выкипело. Но почему крышка звякнула трижды? Ни шевеления вокруг, ни ветерка. Трамвай? Когда он проходит — дом подрагивает. Все ясно. Но ведь надо было ему пройти трижды!

Это свежий, сиюминутный пример того, как Всевышний подает нам знаки. А сколько в жизни мы их не замечаем? Называем интуицией, предчувствием, озарением.

Когда я думаю об этом, я вывожу одну прекрасную особенность подсказок Творца: они всегда несут в себе доброе начало. Что‑либо недоброе, говорят, от злой воли человека. Очевидно есть и другое божество. Противоположного плана. Ибо все в мире симметрично.