Читаем Ближе к истине полностью

Вот эти характеристики, изложенные в последовательности, в какой они разбросаны в заметках: «На Съезде выделялись три личности. Это М. С. Горбачев, Б. Н. Ельцин и А. Д Сахаров». (Далее Ельцину в очень закрученной фразе дается, как говорится, под зад. И Сахаров передвигается на второе место). Д\я Сахарова Съезд стал «ареной его деятельности, его высказываний». «На нем он боролся, как правило, в одиночку, выдвигая свои идеи, отстаивая свои принципы. Человек, абсолютно лишенный тщеславия, он стремился к трибуне, только чтобы защитить демократический регламент. Чтобы противостоять дав лению, административному нажиму. Он быстро израсходовал терпение зала. Семь раз он прорывался, буквально прорывался на трибуну. Между прочим, ему ни разу не было предоставлено слово для нормального пятнадцатиминутного выступления, как другим депутатам. Его не слушали, его прерывали возмущенно и даже озлобленно, однако это его не смущало. Он продолжал, исполняя как бы свой долг, считал себя обязанным произнести какие‑то вещи. Это даже была не смелость, это было органичное понимание личностной ответственности, которую он для себя считает чем‑то вроде мессианства. В любом случае чувство, двигавшее А. Д. Сахаровым, было чистым, без расчета на карьеру, на славу, без жажды самоугверждения. К сожалению, его альтруизм восприняли далеко не все; отвыкли мы от такого чувства».

Во сколько превосходных степеней! Сколько умиления. Какой наигранный трагизм, когда весь огромный зал, казалось, восстал с воплем неприятия». И, наконец, чуть ли не раскаяние всего Съезда «на следующее утро, 3 июня». Здесь вы впадаете в такой раж славословия, что заканчиваете абзац на непонятном языке: «с этой стыдной войной». Где вы учились русскому языку?

Далее вы вводите новый образ некоего анонима, который «безответственный механизм», «который имел возможность предрешать, влиять на события».

Кто он, этот аноним? Пока мы не знаем, но мы получили грозное предупреждение о том, что он существует. Пока перед нами разворачивается притягательный образ Сахарова: «Сахаров не традиционный лидер, (вот те на! А как же быть с предыдущими вашими словами: «В любом случае чувство, двигавшее А. Д. Сахаровым, было чистым без расчета на карьеру, на славу, без жажды на самоутверждение»? Или в вашем понимании лидерство не предполагает карьеру, славу, жажду на самоутверждение?), нельзя сказать, что он стремится организовать какую‑то фракцию депутатов, группу левых и т. п. (А как бы вы тогда назвали тех, кто за ним стоит? Себя в том числе? А?) «Он скорее лидер совести… — пишете далее вы… — …Его действия логично продолжают то, что начато Горбачевым и следует из его курса».

Тонко! Очень тонко! Почти незаметно вы ставите Сахарова сначала рядом с Горбачевым. А теперь вот продвигаете в его продолжатели, поскольку он следует тем же курсом. И не меньше! Мало того, оказывается, Горбачев должен этому радоваться. «Казалось бы, Горбачев должен радоваться, поддержать Сахарова…»

Теперь вы принимаетесь за Горбачева: «Но иногда мне казалось, что на Горбачева, на его поведение наложены ограничения, что его обязали выполнять условия рутин

ные, опасливые, отражающие волю административно-партийного аппарата. Что он не свободен. Во многих случаях он словно лишен самостоятельности и вынужден действовать половинчато, далеко не в духе провозглашенной им же политики. Впечатление это сугубо личное, — пишете далее вы, чтобы смягчить разоблачительную значимость своих слов и придать им якобы субъективный характер, — но личностный момент тут не отбросишь, каждый старается понять действия Горбачева, ибо фигура его (?) многое решает в судьбе перестройки».

И какой же то личностный момент? А вот какой: «Пока что. — это как бы личное ваше впечатление, — судьба эта слишком зависит от его личности (пока что! Подчеркнуто мною. — В. Р.), ибо проблему гарантии, которая нас (наконец‑таки прорвалось — «нас»!) так волнует, Съезд не решил».

Читатель из этого должен понять, что Сахарову вы доверяете целиком и приглашаете его (читателя) следовать вашему примеру. А вот Горбачев… За ним стоит административно — партийный аппарат, «он не свободен». Грозный аноним расшифрован. Это тот самый «безответственный механизм, который имел возможность предрешать и влиять на события». Спасибо. Вы нам лишний раз подсказали, откуда наши беды. Ну а кто вы, которых волнует проблема гарантий? За Горбачевым административнопартийный аппарат. А за вами кто?

Только не надо нам талдычить, Даниил Гранин (Герман), что А. Д. Сахаров борется в одиночку.

Итак, вы незаметно (вам кажется, что незаметно) противопоставляете Горбачева Сахарову: за лидером Горбачевым стоит нехороший административно — партийный аппарат, за лидером Сахаровым — сама совесть. «Лидер совести»!

Отлично!

Поехали дальше.