Один из тех писателей, на долю которых выпало военное детство. Навсегда сохранились в памяти эвакуация, бомбежки, воздушные бои над дорогами, по которым шли бесконечные колонны беженцев; горящие в кюветах разбитые автомобили…

Страшные впечатления войны вызовут потом потребность писателя сказать свое слово о нашествии фашистов.

Служба в армии. После демобилизации Прокопов едет в

Одессу с мыслью стать матросом китобойной флотилии «Слава». Но это ему не удается. Он некоторое время работает в порту, и там у него рождаются замыслы рассказать о портовых рабочих.

Вскоре в свет появляется повесть «За жар — птицей». Сначала на страницах журнала «Молодая гвардия», потом отдельным изданием.

Долгие годы работает на Каспии, Аральском море, Тихом океане. Затем в геологоразведке на Колыме. Был строителем на целине, на Ангарской, на Красноярской ГЭС. Много пишет. Публикуется в газетах и журналах. Переезжает жить на Кубань. Здесь, в Краснодарском книжном издательстве, выходит его книга «Ожидается перемена погоды». Повесть «В Чили стреляют». И знаменитая «Бой с разворотом назад».

Член Союза писателей России.

Проживал в Геленджике.

Ушел из жизни в 1993 году.

СТРАСТЬ К ПРЕДМЕТУ

(О Прокопове П. И.)

Эта повесть «Бой с разворотом назад» обратила на себя внимание еще в журнальной публикации в 1980 г. в альманахе «Кубань». Рецензенты и критики в один голос отмечали необычайную правдивость изображения войны.

Действительно, так может написать только человек, закомплексованный фронтовыми кошмарами. Который прошел через войну.

Но, оказывается, Петр Прокопов не был участником войны. (Он родился в 1935 году). Я снова перечитал повесть. А потом все, что им написано. И полюбил этого необычайно талантливого писателя.

А началось мое знакомство с ним с повести «В Чили стреляют». Она вышла в свет, когда в Чили еще стреляли. Пиночет жестоко расправился с оппозицией. На устах всего мира было тогда имя чилийского барда Виктора Хара, которому пиночетовские костоломы поломали руки, чтоб он не мог играть на гитаре и петь свои песни протеста.

Прочитав повесть, я подумал, что Петр Прокопов побывал там. И захотелось лично расспросить. И когда он сказал мне, что не был в Чили, я не поверил.

В ответ он так выразительно посмотрел на меня, что я перестал сомневаться. Это было его замечательной особенностью — выразительный взгляд и многоговорящая немногословность.

После публикации повести «Бой с разворотом назад» произошло примерно то же — я не поверил, что он не был участником войны. И у меня невольно вырвалось: «Но как?..»

Потягивая сигарету, слегка прижмурив глаза от едкого дымка, он подумал малость и сказал:

: — Ты читал Куприна «Суламифь»? — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Чтоб написать такое, кажется, надо быть самим Соломоном. Туг страсть к предмету все решает…

Страсть к предмету!

Что это такое? Я прочитал и перечитал «Суламифь». Другие вещи Куприна. «Поединок». Какая-то в них неуловимая разница. «Поединок» написан чувствами, если можно так сказать; «Суламифь» — страстью. Действительно страстью. Страстью, вызванной воображением.

Повесть «Бой с разворотом назад» написана страстью, вызванной воображением.

Поистине, блажен, кто верует в эту страсть и может быть страстным в творчестве.

Когда я читаю выдающихся мастеров слова Валентина Распутина, Владимира Солоухина, своих земляков Виктора Лихоносова, Анатолия Знаменского, Ивана Варавву, я вижу, как струится и клубится в их произведениях эта самая оплодотворяющая страсть. Пусть то будет большое

художественное полотно или всего два — три абзаца, написанных по случаю.

Страсть, вызванная воображением, вызывает к жизни не только прошлое, участником которого автор не был, но настоящее и будущее. Она делает художника провидцем. Вот и повесть «Бой с разворотом назад».

Суть дела: бывший командир взвода разведчиков лейтенант Михаил Лошаков отдыхает на юге. Там они встречаются с бывшим комбатом, капитаном Дмитрием Бандуровым. Разбередили себя воспоминаниями. И Лошакову стало плохо спаться. Все грезится война. Особенно тот страшный бой с эсэсовцами на ровной, как стол, венгерской степи — пушты. Они появились внезапно, с тылу. Ночью, при лунном свете. Их было много, и два танка. Бой был кошмарным. В этом бою его тяжело ранило, и он «выбыл из войны».

Бой был действительно с разворотом назад. И это случилось вдруг. Когда война уже затухала. Близился ее конец. И впереди маячила счастливая жизнь. А тут откуда ни возьмись…

Читаешь об этом и вдруг в какой-то момент осознаешь, что это про сегодняшние дни. Что нам навязывают бой с тыла. Силы, которых и врагами-то трудно подозревать. Тем не менее, они внезапно оказались в разгромленных тылах и с ними предстоит не менее жестокая схватка, чем с теми эсэсовцами.

В этом смысле Петр Прокопов оказался провидцем.

Навязанная народу непродуманная перестройка, а затем разрушительные реформы породили в обществе жестокое противостояние. Мы вдруг в одночасье увидели в тылу у себя злобные силы, название которым — воинствующий сионизм и иже с ними пятая колонна новых русских.