Читаем Ближе к истине полностью

Вышел я из церкви как бы другим человеком, как бы окрещенный этой одухотворенной вечностью. На всем чувствуется росчерк прошедших времен. И вдруг на островерхой, неказистой такой башенке, венчающей церковь, вижу часы, и на них настоящее текущее время. Я даже глазам своим не поверил: десять часов семнадцать минут по утру. В голове моей как бы все перекувыркнулось — прошлое как бы обернулось настоящим, материализованным часами с текущим временем, настоящее как бы подернулось прошлым.

В кафедральном соборе Или, где мы на самом деле побывали; не просто побывали, а отстояли, вернее отсидели службу. Здесь впечатление каменной летописи веков еще сильнее. Просто ошеломляющее. Это поистине грандиозное творение: величественные, глубокие своды, разрисованные ликами святых и знатных людей прошлого. Великолепная кафедра, с которой служитель читает проповеди. Далее алтарь, по обе стороны которого амфитеатром расположены ряды стульев, на которых с одной стороны хористы — взрослые мужчины, с другой мальчики.

После каждой главы службы они поочередно или все вместе исполняют духовные песни, от которых то сжимается, то распрямляется душа.

Влево и вправо от главного кафедрального зала ведут коридоры, со стен которых свисают королевские и воин — ские знамена, означающие победы английского оружия сто, двести и тысячу лет назад. В том числе знамя легендарного короля Ричарда — Львиное Сердце. И даже знамена мятежного Уота Тайлера. Ветхие, вылинявшие от времени, — они поражают воображение. Невольно думается — может, вон то знамя с изображением льва в прыжке носил знаменосец легендарного короля. А вон то, может, реяло на авангардном корабле адмирала Нельсона, памятник которому вознесен на центральной Трафальгарской площади. А рядом с ним, может, знамя великого Оливера Кромвеля, казнившего королей. Как-то уживается здесь разнообразное прошлое. А я думаю о каменном «кладбище» в Москве на Крымском валу. Что-то вроде свалки, устроенной демократическим режимом за высоким выставочным залом. Там лежит на боку поверженный Сталин из красного мрамора, Дзержинский, Киров. Почти все вожди. С обезображенными ликами, отколотыми носами, руками, ногами. Там свалка памятников революционерам, сталеварам, спортсменам. Прямо на проходной дорожке скульптура рабочего в штанах гармошкой. Надо понимать, выставлен поближе для обозрения этакий неказистый представитель диктатуры пролетариата. Все это устроено с намеренной издевкой, нескрываемым пренебрежением и ненавистью. Дорвались пигмеи до власти, измываются теперь над теми, кто созидал великую державу. Растлевают современников, руша и растаскивая с жадностью гиен поверженную Отчизну; выставив на показ и посмешище все то, перед чем раньше трепетали подлой своей продажной душонкой.

Да, лежащий на боку мраморный Сталин не встанет и не пригвоздит своим испепеляющим взглядом рыжих глаз демократическую свору подонков. Но их ждет кара Господа Бога. Ибо грех незамолимый — глумиться над усопшими. Над памятниками творцов истории Человечества.

В храме Или я как бы душой прочел несколько страниц каменной летописи далеких времен. А вот в Вестминстерском аббатстве, называемом в народе собором Святого Петра, я весь погрузился в прошлое. Я кожей, каждой клеточкой своего существа прочувствовал дух целых тысячелетий. Именно здесь, под сводами этого чуда архитектуры и доброй человеческой памяти я и понял, что вижу воочию чудесное творение людей и читаю каменную летопись веков. Я испытывал состояние, подобное тому, когда читаешь книгу и не можешь оторваться. Когда ты во власти сопереживания и необоримого нетерпения узнать, а что же дальше? Когда ты не глазами скользишь по строчкам, а как бы душой считываешь, сглатываешь быстротекущие благозвучные мысли, касаясь трепетным сердцем чьей-то далекой жизни незнакомых тебе людей.

Вокруг Вестминстерского храма — чистый, веселый газон. На нем тут и там расселись группы молодых людей в нарочито упрощенных одеждах. Курят, пьют «пепси», распевают под гитару свои хипповые песни или просто беседуют. С видом как бы легкого помешательства. Надя мне сказала, что это туристы из разных стран. Что они «балдеют». У них нет денег даже на входной билет в храм, но они счастливы уже тем, что созерцают эти древние, досточтимые во всем мире камни, дышат этим воздухом.

Архитектура храма выдержана в готическом стиле. Фасад обильно украшен островерхими ажурными башнями и башенками, причудливыми высечками, окнами, орнаментом. Такие же башни по углам собора и вдоль здания. Многоцветные витражи…

Марк, почти молитвенно взирая на прекрасное строение, что-то сказал Наде. Она перевела мне:

— Здесь венчаются особы королевской семьи…