Читаем Блюдо дня полностью

«Вон она, смотри!» Хью стал тыкать своей вилкой указывая на нечто, что можно было легко перепутать с изъеденными кариесом коренными зубами. Тёмные пятна по-видимому были моими овощами.

Поскольку я являюсь и обжорой и мазохистом, за моей стандартной жалобой «это было ужасно» всегда следует «и такая маленькая порция!»

Мы очистили свои тарелки и нам вручили десертное меню. Я успел выучить что острая ветчина давно уже не рассматривается просто как мясо на бутерброд, и даже старые выпуски журнала «Наука» можно превратить в щербет.

«Я просто не могу,» сказал я официанту в ответ на его предложение попробовать кус-кус из белого шоколада и ягод дикой смородины.

«Если вы считаете калории, то я могу попросить шеф-повара подать это без крем-фраше.»

«Нет,» — отвечаю ему. «Я действительно не могу.»

Мы просим нас рассчитать, объясняя что мы спешим в кино. До кинотеатра всего лишь десять минут ходьбы, но мне чешется чего-нибудь съесть перед сеансом. В кинотеатре конечно же будет попкорн, но я не люблю мешать просмотр с жеванием. По счастью, на пути нам попалась тележка с хот-догами.

Мои друзья всегда вопрошают, «Как ты можешь это есть? Я читал в газете что их делают из поросячьих губ.»

«И…?»

«И сердец, и век.»

А по мне так это всего лишь три ингридиента, что составляет освежающую смену ритма в питании. Я заказываю свой безо всего, лишь с горчицей, и я вдохновлён тем что продавец подаёт мой хот-дог в горизонтальном положении. Такой простой и вечный, что я в нём признаю, без промедления, еду.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза