Читаем Блеф полностью

С каждым днем мы добивались все большего прогресса. С каждым днем связь нашей семьи становилась все крепче.

Учеба в школе стала для Саванны долгожданной нормой, хотя Хакс уже оплакивал потерю времени, которое он проводил с ней летом. Больше никаких дневных сеансов по четвергам. Больше никаких встреч за ланчем по вторникам, пока я работала в галерее. Больше никаких забегов в кофейню за булочками на завтрак по пятницам, пока я спала допоздна.

Ему придется конкурировать с ее друзьями. Друзьями-парнями.

У Саванны не было парня, у нее были друзья-парни. Трэвис. Джордан. Кристиан. Последнего парня звали Митчелл, или Майкл, или Мика — я не успевала за ними уследить. Кто-нибудь из них заглядывал в галерею, пока она работала. Они бесстыдно флиртовали в демонстрационном зале.

Мой бедный муж никак не мог привыкнуть к тому, что она уделяет им столько внимания.

На прошлой неделе он запретил ей приглашать друзей в рабочее время, если только это не были девушки. После того, как они поссорились, он на несколько часов скрылся в своей студии, а Саванна ворвалась в свою комнату и захлопнула дверь.

Это была их первая ссора, которая закончилась нокаутом и затянулась до конца дня.

Когда я нашла Хакса в студии, у него в руке была кисть, а на лице застыло выражение ужаса.

Я гордилась им за то, что он не поддался страху потерять ее, за то, что стоял на своем. Они оба решили это, потому что, как бы сильно Хакс не хотел причинять боль Саванне, она тоже не хотела причинять боль ему.

На этом пути будет еще больше ухабов. Она была девочкой-подростком с необузданными наклонностями, и чем уютнее она чувствовала себя рядом с нами, тем больше ей хотелось проявить эти качества.

Но никогда в жизни я не ждала этого года с таким нетерпением.

Вероятно, она была слишком взрослой, чтобы я могла заменить ей мать. Но я была верным другом, и у меня было предчувствие, что в ближайшие годы он понадобится ей. Как и всем девушкам ее возраста.

Мы спустились по гравийной дорожке к месту строительства нашего будущего дома, где нас уже ждали Кейз и наш архитектор.

Осмотр прошел быстро, единственным серьезным препятствием была студия Хакса. Он хотел предоставить Саванне огромную спальню, а мне — душевую размером с Монтану, чтобы я могла петь в ней. Но этот человек даже не подумал о новой студии. Он хотел, чтобы Кейз перенес студию с его заднего двора сюда.

Почему бы ему не прислушаться к голосу разума? У него могла бы быть совершенно новая студия, пристроенная к дому. Не пришлось бы больше тащиться по зимнему снегу или потеть в летнюю жару.

— Но…

— Мне не нужна новая студия.

— А мне не нужен кухонный остров размером с автомобиль.

Он скрестил руки на груди.

Упрямый осел.

— Почему мы не можем просто спланировать новую студию? Мы можем разместить ее прямо здесь. — Я закружилась, высокая осенняя трава касалась ткани моих джинсов. — Тогда Кейз может попробовать перенести твою старую студию. Если она уцелеет, отлично. Если нет, у тебя будет и это помещение.

Хакс вздохнул.

— Ты собираешься оставить все как есть?

— Нет.

— Отлично, — проворчал он.

Я похлопала в ладоши и подмигнула Кейзу.

Кейз был не в восторге от переезда старой студии, учитывая тесноту нашего нынешнего района. Просто вынести ее со двора будет непросто. Это был первый шаг, который мы предприняли, чтобы убедить Хакса отказаться от старой студии. Вторым шагом было обустройство новой студии, настолько удивительной, с изготовленными на заказ полками для его красок, первоклассным освещением и системой объемного звучания, что Хакс, войдя внутрь, сразу же влюбится.

Я уже спланировала ее показ. Мы должны были быть вдвоем, Хакс с завязанными глазами. Я планировала быть обнажённой, просто чтобы подчеркнуть превосходство новой студии.

После очередной прогулки по лугу, представляя, как все изменится, мы с Хаксом оставили Кейза и архитектора и поехали в галерею.

Хакс не заменил Кэти, если не считать меня и Саванну. Он не решался нанять кого-либо со стороны, решив какое-то время управлять галереей самостоятельно. С моей помощью, конечно. Я предложила работать, чтобы ко мне относились как к наемному работнику и платили зарплату за потраченное время, но Хакс сразу же отверг эту идею.

Я не была наемным работником.

Я была совладелицей. Пятьдесят на пятьдесят — еще одно условие моего мужа. Я настаивала на меньшем, но у этого мужчины были свои способы пытки. Восхитительные, великолепные способы. После ночи бесконечных оргазмов я, наконец, сдалась.

Хакс почти все время проводил в студии, рисуя, пока я была в галерее. Иногда он ходил со мной, особенно в те дни, когда Саванна тоже работала. Поскольку туристический сезон подходил к концу, он был не так занят, чтобы следить за спросом. Буквально вчера мы закрылись, чтобы долго и поздно пообедать в «Уайт Оук», сидя рядом с Нельсоном.