– О каком желании оскорбить вас может идти речь, если я вас совершенно не знаю, – отвечал Бруно, останавливаясь. – Мне просто неприятно было находиться в обществе этого господина. – Последовал кивок в сторону фон Митнахта.

Тот оскорбленно вскочил.

Поднялся шум. Часть офицеров приняла сторону асессора, часть – графского управляющего.

– Это мой родственник! – вскричал лейтенант Брандт. – Оскорбляя его, вы тем самым оскорбили и меня. Вот моя визитная карточка…

– Повторяю, что я и не думал оскорблять вас, – отвечал Бруно спокойным тоном, хотя ему стоило немалых трудов сдержаться.

Фон Ильменау, один из знакомых Бруно офицеров, вмешался, стараясь примирить стороны, но все усилия его оказались тщетными. Брандт все более и более распалялся.

– Что ж, если вы считаете себя оскорбленным, я готов обменяться с вами визитками, – сказал наконец Бруно, теряя терпение. – Я не могу допустить, чтобы вы оскорбляли меня в присутствии этих господ. Я принимаю ваш вызов. Господин Ильменау, надеюсь, окажет мне услугу и завтра условится обо всем с вашими секундантами.

С этими словами Бруно, отвесив общий поклон, удалился.

Брандт тоже хотел идти, но приятели, зная его горячий нрав, задержали лейтенанта на некоторое время. Весьма естественно, что эта шумная сцена привлекла внимание остальных посетителей. Собеседники доктора, дожидавшиеся его возвращения, не захотели быть свидетелями скандала, взялись за шляпы и поспешили уйти.

Фон Митнахт еще в самом начале ссоры быстро отошел в дальний угол зала, говоря, что не желает быть причиной публичного скандала. Он даже отвернулся, давая понять, что не собирается вмешиваться в бурный разговор, происходивший между Вильденфельсом и Брандтом.

Когда собеседники доктора оставили заднюю комнату и ушли, Митнахт осторожно заглянул туда. В комнате никого не было. На столе стояли пустые стаканы и бутылки. Лишь стакан доктора оказался почти полон, а рядом стояла початая бутылка.

Более удобный случай трудно было представить.

Убедившись, что его никто не видит, фон Митнахт поспешно подошел к столу, вынул из кармана пакетик, данный ему графиней, и высыпал белый порошок в стакан доктора. Порошок мгновенно растворился в вине, не изменив его цвета и не дав ни малейшего осадка.

Скомкав бумажку и сунув ее в карман, фон Митнахт внимательно осмотрел стол, убедился, что не просыпал ни крупицы, и быстро вышел в зал, где продолжали выяснять отношения лейтенант и асессор.

Когда Бруно ушел, Митнахт как ни в чем не бывало вернулся к столику офицеров.

– Не думай, что я испугался этого наглеца, – сказал он, обращаясь к Брандту. – Не хотелось заводить ссору в обществе твоих товарищей.

Брандт поспешил уверить, что и не думал считать его трусом, и сообщил о предстоящей дуэли с Вильденфельсом.

Это известие, казалось, очень обеспокоило Митнахта.

– К чему такая горячность, – сказал он. – Я сам должен был вызвать его, но ты меня опередил.

– Если мне не удастся рассчитаться с ним, тогда ты пошлешь ему вызов. Надо хорошенько проучить наглеца.

– Прошу вас, лейтенант Брандт, не отзываться так о Вильденфельсе в моем присутствии, – заметил Ильменау. – Он мне друг, и я не потерплю, чтобы его оскорбляли.

Брандт и Митнахт поднялись со своих мест.

– Я думаю, нам пора расходиться, – сказал Брандт и обратился к своему другу барону Альгейму: – Прошу вас, барон, условиться обо всем с фон Ильменау. Прощайте, господа.

Выйдя из таверны, они, пока было по пути, шли вместе, а потом распрощались. Митнахт пообещал молодому офицеру заменить его, если тому не удастся убить асессора.

– До сих пор мне на дуэлях везло, – сказал Митнахт, – потому-то и досадно, что ты подвергаешь себя опасности из-за меня. Впрочем, теперь уже ничего не переменишь.

– Все равно, – возразил Брандт, – мне рано или поздно пришлось бы с ним драться. Я давно его знаю и питаю к нему необъяснимую неприязнь. Сегодня просто представился удобный случай. Ну, и кроме того, я и сам неплохо стреляю.

– Ты выберешь пистолеты?

– Конечно. В загородном лесу можно найти удобное место для нашей встречи. Ну, прощай. Спокойной ночи. Надеюсь, ты скоро обо мне услышишь.

С этими словами они расстались. Храбрый офицер и не подозревал, чью руку он пожимает и чьим защитником собирается стать.

Когда Брандт отошел довольно далеко, фон Митнахт вернулся к таверне и, укрывшись в тени стоящего напротив дома, стал наблюдать за входом в таверну.

Спустя несколько минут вернулись двое из собеседников доктора, которые уходили, опасаясь скандала.

Наконец через четверть часа показался и сам доктор. Он побывал у больной и теперь возвращался к друзьям.

На это и рассчитывал фон Митнахт.

Когда доктор скрылся в дверях таверны, управляющий оставил свой наблюдательный пост и поспешил к тому месту, где его ждал экипаж, чтобы отвезти в Варбург.

XX. СУДЕБНОЕ РАЗБИРАТЕЛЬСТВО