Порой казалось, что лама Еше был в состоянии одновременно читать различные тексты в разных местах. Например, когда он жил в дхарма-центре Тушита, один текст у него всегда был открыт в его комнате, другой манускрипт лежал на веранде, а третий, тоже раскрытый, — в оранжерее. Это напомнило мне рассказы Его Святейшества Сонга Ринпоче о йогинах, достигших иллюзорного тела. Ночью во время сна они использовали своё тонкое тело для того, чтобы читать и учить наизусть несколько священных текстов одновременно. Думаю, что лама умел так быстро изучать столько текстов, потому что делал это по ночам в иллюзорном теле. Он с такой уверенностью рассказывал о деяниях, которые йогины могут совершать в тонком теле, что не могло быть никаких сомнений в том, что он и сам обладает такими способностями.

Однажды во время строительства нового здания для дхарма-центра Тушита утром на стройплощадке вспыхнул пожар. Рабочие — плотники и каменщики — пытались залить его водой, но огонь не унимался; казалось, он вот-вот охватит всё сооружение. В это время лама завтракал неподалёку, на крыше своего дома, вместе со своим братом Геше Тхинлеем. Он даже со стула не встал, чтобы получше разглядеть пожар, а продолжал спокойно сидеть. Все вокруг суетились и переживали, но только не лама Еше. Когда я подошёл к ламе, он сказал: «Огонь нестрашный. Он не причинит большого вреда».

Несмотря на то что пламя было огромным, лама сохранял полное спокойствие, а я вдруг вспомнил историю про пожар в тибетском монастыре во времена ламы Цонкапы. Тогда ламе Цонкапе тоже не понадобились ни вода, ни брандспойты, ни пожарники. Он просто продолжал сидеть на своём месте и потушил огонь с помощью своего тонкого тела. Я почувствовал, что на моих глазах сейчас происходит то же самое и что опасность от огня никому не грозит именно благодаря действиям ламы.

Лама Еше был великим тантрическим практиком, настоящим аскетом-отшельником, хотя он и не уединялся в пещере. Он был великим тайным йогином. Он был достоин звания «йогин» не потому, что мог выполнять тантрические ритуалы, а вследствие безошибочной реализации ясного света и иллюзорного тела. На пути Тантры лама достиг уровня махамудры.

Незадолго до своего ухода, раздумывая, стоит ли ему соглашаться на операцию на сердце, лама сказал: «Исход операции не имеет значения. Я сумел всего себя отдать на служение людям. Мне многое удалось, и сейчас я чувствую полное удовлетворение от проделанного. Я ни о чём не беспокоюсь».

Эти слова — хороший урок для всех нас; это квинтэссенция учения ламы Еше и Будды Шакьямуни.

Как говорит Шантидева в своём тексте Вступление на путь бодхисаттвы[2]:

Наставником для тех, кто встал на путь;

Пусть я стану паромом, мостом, кораблём

Для тех, кто нуждается в переправе.

Пусть я стану островом для тех, кто ищет остров,

И лампадою для тех, кто ищет света,

Пусть я стану ложем для всех, кто хочет отдохнуть,

И слугою для всех, кому нужен слуга.

В этих строфах — главное учение ламы, именно его он всё время практиковал. В них вся его биография.

Это вступление было составлено из рассказов Тубтена Сопы Ринпоче, любимого ученика ламы Еше. Когда лама Еше покинул нас в 1984 году, Ринпоче взял на себя духовное руководство международной сетью созданного ламой Еше Фонда поддержания махаянской традиции, более ста центров которого по всему миру занимаются изучением и практическим применением тибетского буддизма, а также сопутствующей деятельностью. Подробности биографии ламы Еше можно найти в его опубликованных работах, список которых приведён в конце этой книги.

Робина Куртен и Элса Камерон