– Компьютера я не вижу, – тихо сказала Гущину Катя, – дискеты разбросаны, диски, возможно, у нее был персональный ноутбук.

Эксперты положили тело потерпевшей на пол. Белая шелковая ночная рубашка была вымазана кровью. Черное постельное белье сняли, аккуратно запаковали – пойдет на экспертизу.

– Кот ее где, который шум поднял? – спросил Гущин.

– Соседка пока забрала.

– Пойдемте, потолкуем с соседкой.

Соседка из двухкомнатной квартиры, расположенной рядом через стену, встретила их на пороге – испуганное серое лицо.

– Мы встали утром… И тут слышу – Дейзи орет так страшно, так по-звериному утробно орет… Дейзи у нее был просто чудо, персидский котик, такой ласковый, а тут вдруг точно с того света… Я позвонила в дверь Вероники, никакого ответа, а Дейзи совсем бешеный стал. Я снова позвонила, потом соседу позвонила, но он на работу опаздывал. Он мне сказал, вызывайте милицию, «Скорую», может быть, ей плохо, инфаркт. – Соседка покачала головой. – Господи боже, бедная… мы же только вечером с ней ехали в лифте. Она с покупками была, веселая. На такси приехала с покупками. У нее вообще деньги водились.

– Она где работала?

– Я точно не знаю. Но у нее работа была не такая, как у меня, когда целый день с десяти до семи. Она когда ходила, когда – нет. Но деньги у нее всегда были. В фирме, наверное, какой-то, она особо не распространялась на эту тему.

– А родственники ее? Родители?

– Не было у нее никого, одна она была. И мужа, как видите, не было.

– Но мужчина какой-то был, приятель?

– Не могу сказать. Я тут у нее никого не видела.

– А подруги?

– Тоже не бывали тут, хотя по телефону по мобильному ей кто-то часто звонил. Бывало, она еще из подъезда не выйдет, а ей уже трезвонят.

– Ювелирные изделия она носила?

– Да, конечно. Кольца, дорогие часы, очень дорогие, и еще что-то было – я не помню точно. Часы были на ней вечером накануне.

– Часов, кажется, нет, – сказал Гущин Кате, когда они вышли на лестничную клетку.

Сюда привели еще одного соседа с двенадцатого этажа. Молодой парень, совсем молодой.

– Вот гражданин говорит, что поздно вернулся вчера вечером и спать долго не ложился, по Интернету блуждал, – доложил оперативник.

Гущин кисло глянул на свидетеля.

– И что вы видели? – спросил он недоверчиво.

– Лично я ничего не видел. И выстрелов не слышал никаких. Я слышал мотоциклиста.

– Какого мотоциклиста?

– А я откуда знаю? – парень пожал плечами. – Придурок какой-то в два часа ночи промчался. Такая грохотуха, точно «Боинг»…

– Он что, въехал во двор – этот ночной мотоциклист?

– Понятия не имею. Нет, это с улицы шум шел.

– И во сколько это было? В два ночи?

– Скорее в половине третьего.

– С улицы шум… – хмыкнул Гущин. – Вот тебе и очевидцы. Ночью в доме, полном жильцов, убивают, грабят человека, а никто ничего, ни бельмеса. Одна зато кошку драную услыхала, другой мотоцикл… При чем тут мотоцикл?

– Федор Матвеевич! – окликнули Гущина из квартиры.

Катя следом за ним протиснулась в переполненную сотрудниками милиции прихожую.

– Мы закончили осмотр крыши, – доложил оперативник. – В принципе следов присутствия, ярко выраженных, не обнаружено. Однако… Дверь на чердак вскрыта. Когда вот только вскрытие произошло, представитель ДЭЗа затрудняется сказать, то ли это антеннщики, которые там работали, все так оставили, то ли… Ну, в общем, сначала антеннщиков придется допросить. Ну и еще обнаружено вот что. – Он протянул запакованный в прозрачный пластиковый пакет какой-то металлический предмет.

Катя никогда ничего подобного не видела – похоже одновременно на стального «крокодила» и на мощную прищепку. Вещдок взял в руки прокурор.

– Это карабин, предмет альпинистского снаряжения, – сказал он. – Я сам в молодости альпинизмом увлекался. Это что-то новое, продвинутое. Где вы это нашли?

– На крыше возле ограждения. Почти над самым ее окном.

– Вы что хотите сказать, что он спустился с крыши? Преодолел пять этажей, а потом после всего поднялся туда наверх? – сказал Гущин.

– При наличии современного альпинистского оборудования и хорошей подготовки это возможно, – ответил прокурор.

– Альпинистская подготовка у вора-домушника?

– Вор-домушник на практике редко пользуется пистолетом с глушителем. А этот воспользовался. Причем сразу, она даже проснуться, крикнуть не успела. – Прокурор взвесил на ладони карабин. – Сейчас целая служба такая есть, между прочим, – промышленный альпинизм, работа на высотных зданиях. Вот с этих высотников, пожалуй, и начнем проверку.

На лестничной площадке Катя снова столкнулась с соседкой из смежной квартиры. Та наблюдала, как выносили тело Вероники Лукьяновой, упакованное в черный мешок на «молнии». К груди она прижимала рыжего взъерошенного кота. Плоская персидская мордочка его теперь, после всего, выражала тупое равнодушие к происходящему. Кот был единственным реальным свидетелем. Он все видел и все знал.

Он видел БАРМАГЛОТА. Но рассказать об этом «на протокол», увы, не мог.

Глава 7

Гай