При всей значимости роли экономики геополитические, часто просто грабительские интересы продолжают играть главную роль в системе взаимоотношений в Древнем мире. Антиох III вел военные действия в Малой Азии, чтобы сокрушить власть Ахея. Сам Ахей был захвачен во время осады Сард и предан мучительной казни. Укрепив свою власть, Антиох III начал знаменитый восточный поход (212–205 гг. до н. э.), целью которого было восстановление власти Селевкидов над утраченными восточными провинциями. Базой для похода послужила Мидия. Для получения денежных средств по приказу Антиоха был ограблен храм Анахиты в Экбатанах, что дало ему огромную сумму – 4000 талантов. Результат похода: покорение Парфии и Греко-Бактрии. Правда, те сохранили свою государственность как вассальные по отношению к Селевкидам царства. Затем Антиох перешел Гиндукуш и вторгся в пределы Индии. С местным царем Софагасеном Антиох заключил договор, получив индийских боевых слонов. Обратный путь его армия совершила по земле Южного Ирана. Антиох укрепил позиции своего государства в Персидском заливе, из Персиды он осуществил экспедицию в Аравию. Он придавал столь большое значение походу, что по его завершении присвоил себе имя «Великий». Затем Антиох III вернулся к проблеме взаимоотношений с Птолемеями. Опираясь на союз с Македонией, он смог захватить Южную Сирию, Финикию и Палестину, а позднее и ряд принадлежавших Птолемеям городов в Малой Азии. В это время Антиох III столкнулся с Римом. До этого он захватил Фракию, поддерживая в Греции всех тех, кто был недоволен римской властью. Римляне начали готовиться к схватке с Антиохом, ведя дипломатическое и пропагандистское противоборство. Римская дипломатия, правда, оказалась успешнее, ведь союзниками Рима стали Пергам, Родос и, что особо важно, Македония, недавно потерпевшая поражение от римлян, на поддержку которой и рассчитывал Антиох.

Можно сказать, что семена Греции упадут на почву, подготовленную успехами греческой культуры и походами Александра Македонского. Ушел один мировой властитель, вскоре объявился другой. И. Дройзен писал о всемирно-исторической роли эллинизма: «Этими выводами подтверждается высокое значение того охватившего весь мир единства, какое стало развиваться со времен завоеваний Александра и благодаря духу греческой цивилизации. это единство обрело свою энергию по преимуществу в космополитическом характере греческой культуры, сумевшей преодолеть прежнее кичливое разобщение между греками и варварами». Что же принесла миру смена мирового властителя?! Что происходит со странами и народами с появлением Римской республики? Что привнес Рим в мир вчерашний и в мир нынешний? И не являемся ли все мы, в хорошем и в плохом, его наследниками?! Не идем ли мы к тому, что народ предпочитает все чаще свободе и мыслям – хлеб и зрелища?! Разве приход к власти Цезаря не стал своего рода «римской революцией»?! Т. Холланд, автор книги «Рубикон. Триумф и трагедия Римской республики», признал, что, думая о Древнем Риме, обращался «к Москве не реже, чем к Лондону или Нью-Йорку».

ПОЯВЛЕНИЕ НА МИРОВОЙ АРЕНЕ РИМСКОЙ ДЕРЖАВЫ. СХВАТКА РИМА И КАРФАГЕНА

История – гениальный режиссер драмы, возможно, трагедии, носящей название «Развитие человечества». Каждый народ, отмеченный судьбой, имеет свою собственную роль в многовековом спектакле. В урочный час на смену Греции явился Рим. Плутарх не случайно рассматривает Грецию в связке с Римом. Говорят, что в его трудах видно «желание уйти от печальной действительности», когда ни на минуту нельзя забывать, что над головой правителей греческих городов навис римский топор, и когда римским эллинофилам приходилось убеждать своих соплеменников в том, что, как ни жалки «грекосы» (graeculi), «их не следует презирать, помня их прошлое». Хотелось чувствовать себя представителем величайшего, храбрейшего, одареннейшего из всех народов, когда-либо живших на земле (С. Лурье). Да и кого еще могли взять римляне для сравнения, кроме греков?