Читаем Битва за водку полностью

– Просто так я эту бумагу подписывать не буду. Налицо грязная днепропетровская финансовая афёра! Так что можете звонить вашей Инессе Леонидовне и сказать, что подписывать я ничего не буду!

Я махнул портвенюги и встал в заносчивую позу. В этот момент полотенце слетело на пол.

– Ой, что это?! – вскрикнула она.

Я допёр, что она зырит на стоящий болт, быстро схватил полотенце и прикрыл плоть.

– Извините, например, я не специально! Выпейте ещё портвешку, и будет всё нормально!

В её мозгах что-то происходило. Она выпила бокал и, держась за драпированную стену люкса, поломилась к телефону. Было слышно, что говорит собеседник. Вероника стояла вполоборота ко мне, лицом к окну.

– Он не хочет подписывать договор!

– Делай что хочешь, хоть еб*сь в жопу, но без договора ко мне не приходи!

Трубка стала повисать, девушка плакать, но опытная Инесса Леонидовны почувствовала это и смягчила тон:

– Можешь ему ещё денег предложить, но не больше пятихатки! Не плачь, ты же умная девочка! Сама там всё разрули!

Я подошёл к Веронике и обнял. Её всю трясло, она рыдала. Потом я взял бутылку «Белого аиста» и поднёс к её губам, она сделала глоток и вся сжалась. Я расстегнул боковые пуговицы, юбка упала. Упало и полотенце. Она снова зарыдала, а я стал её пороть. При одной мысли, что я порю Веронику, а в спальне тусит голая Алёна, я словил дикий кайф. Когда это произошло, она словила оргазм и уже хотела заорать. Я вовремя закрыл ей рот, толкнул в кресло, а потом дал в голову. Пришлось открыть ещё бутылку «Чёрной ночи».

– Ну вот, а вы боялись! С артистами всегда можно договориться!

Она опять зарыдала. Я погладил её по голове и продолжал:

– Не плачь, бейби. Договор подпишу. Если между нами произошла такая искромётная любовь, давайте действовать заодно!

– Правда, что ли? А не обманете?

– Ты обалдела? И кого мне обманывать? Прекрасную нежную девушку Веронику? Для чего? Теперь мы вместе в одной банде!

– А это как в одной банде?

– Как, как? Да очень просто! За подписание договора я потребую 900 руб., из которых 200 – твоя доля.

– Вы хотите сказать, что я «ни за что» получу 200 руб.?

– Как «ни за что»? Ты же поролась, брала в голову, моталась по городу с афишами, терпела «ад Талькова» и т. д.

– 220?!

– Ну конечно! Прямо сейчас! Даже больше чем 220!

– 230 руб.?!

В глазах Вероники светилась радость! Ни хера себе, 230 руб. Две зарплаты инженера. Я поломился в спальню и достал из денег Коломойского 235 руб. Голая Алёна лежала на громадном траходроме, курила и зырила комедию «12 стульев». Я ей налил «Чёрной ночи». Она стала возмущаться на предмет, где я пропадаю!

– Прости, бейби. У нас рок-артистов работа 24 часа в сутки! Ни минуты покоя! Скоро продолжим.

Я вернулся в гостиную:

– Ну вот, Вероника. Ваш гонорар.

У неё тут же появились искры в глазах, она вскочила и бросилась к телефону.

– Я договорилась. Он хочет 900 руб.! Мне пришлось накинуть ещё 20 рублей.

После очередного бокала «Чёрной ночи» Вероника захмелела. Я давал ей в голову и одновременно порол батлом «Белого аиста». Секс был быстрым, кроличьим. Пришлось открыть ещё бутылку «Чёрной ночи» и позвать полностью голую Алёну! По пришествии она включила урловку. Стала быковать в провинциальном стиле.

– Паук! Чё за дела? Откуда это бля**ще нарисовалось?!

– Не волнуйся, Алёна! Это сотрудник филармонии! Ничего личного, только бизнес!

Алёна стала в позу.

– А я вижу, что личное было! – Она указала на разбросанные чулки, юбку и т. д.

– Алёна, подожди!

– Чего ждать?! Когда ты с этой мариупольской шлюхой снова будешь еб***сь?

– Да какой Мариуполь-то?

– Да, Мариуполь ебу*ий!

– Подожди! Дай объясню!

– Да хера мне ждать от вас, москалей! Вы же там все жиды! Такой наглости я уже вытерпеть не смог и сразу вставил ей подушкой по фейсу. Она упала в кресло к Веронике, очень удачно, как в порнофильмах. Два сипа оказались друг над другом. Я тут же метнулся и порол обеих. Сначала в верхний сип, потом в нижний! Мы открыли ещё батл «Чёрной ночи».

– Алёна! В шоу-бизнесе дела делаются круглосуточно, тем более среди нас, москалей! Мы с Викой провернули небольшую афёру, тебе причитается четвертак с Лениным, вернее, десятка!

– Мне десятка?! А не трындишь?

– А чё тут трындеть! Вот, получай под расписку!

Она игриво отжала чирик, сунула себе в сумочку и добавила:

– Паук, наливай! А трёшку можешь ещё дать?!

Я разлил всем портвенюги, мы махнули. Алёна нажралась в очко и стала творить бабский беспредел:

– Слышь, подруга, дай я тебя поцелую! – и схватила Веронику за хаер и подняла с кресла.

Вероника дико боялась уреловку из Днепра и выполняла все её приказы! Они стали целоваться взасос. О, супер! Женская содомия началась. Я достал крем и стал пороть Алёну в духовку, а она прессанула Веронику. Та ей стала делать куннилингус. Мы переместились в спальню, в сторону большого удобного Садома и Гоморы. До утра.

Нормальное чёрное утро