Читаем Битва за рай полностью

   — Вот видите, я же говорила! — заявила я. — Я обладаю особым даром!

   — А ты попробуй в другом месте, — предложил Гомер.

Но я не собиралась так легко терять репутацию.

   — Нет уж, вы услышали мудрые слова, — ответила я. — На сегодня хватит.

Фай схватила Библию и попробовала повторить ритуал. В первый раз она угодила пальцем в пустую часть страницы в конце какой-то из глав. Во второй раз прочитала:

   — «А потом царь послал Седраха, Мисаха и Авденаго в Вавилон»[4].

   — Никуда не годится, — заявила я. — У тебя нет особого дара.

   — Вероятно, то, что тебе подвернулось, поможет Робин чувствовать себя немножко лучше, ну, из-за стрельбы в солдат, — сказал мне Гомер.

   — Мм... я отметила ту страницу. Я ей покажу, когда они вернутся.

Никто даже не заикался о том, что ребята могут и не вернуться. Думаю, это дело обычное. Люди считают, что, если они выскажут что-то плохое, оно может магическим образом осуществиться. Но мне не кажется, что слова обладают такой уж большой силой.

Мы добрались до верха гребня, спрятали «лендровер» и собрали кур и всё то, что могли донести в Ад. Нам пришлось дожидаться темноты, чтобы взять остальное. Слишком опасно было бродить по Тейлор-Стич при дневном свете, когда вокруг так и шныряли самолёты. К тому же день явно будет знойным. Даже внизу, в Аду, где обычно прохладнее, воздух начал отчаянно разогреваться. Но к моему удивлению, мы увидели под деревом на другом конце поляны стоявшего на ногах Ли.

   — Ну и ну! — воскликнула я. — Да ты восстал из мёртвых!

   — Я, конечно, предпочёл бы утро попрохладнее, — усмехаясь, ответил он. — Но меня уже просто тошнит от сидения на одном месте. К тому же пора тренировать ногу, я вполне пришёл в себя после поездки на снегоочистителе.

Ли улыбался вовсю, довольный собой, но всё же потел от усилий. Я намочила полотенце в ручье и вытерла ему лицо.

   — Ты уверен, что не слишком рано поднялся? — спросила я.

   — Да вроде всё нормально, — пожал плечами Ли.

Я вспомнила, как это бывало с нашими животными, заболевшими или поранившимися где-нибудь, — чаще всего это случалось с собаками — и как они день за днём лежали под овечьим навесом, пока либо не умирали, либо не оживали и не выбирались во двор, виляя хвостом. Может, и Ли такой же. Он был очень тихим с того момента, когда его ранило, просто лежал между камнями, погрузившись в собственные мысли. Сейчас он, правда, не вилял хвостом, но на его лицо вернулась живость.

   — В тот день, когда ты пробежишься бегом от одного края поляны до другого, — заявила я, — мы зарежем одну из куриц и устроим настоящий пир.

   — Робин сможет снять швы, когда вернётся из Виррави, — сказал Ли. — Они уже не нужны.

Я помогла ему дойти до тенистого местечка у ручья, где мы могли посидеть рядом на влажных тёмных камнях, — это, наверное, было самое прохладное место в Аду в тот день.

   — Элли, — заговорил Ли и нервно откашлялся, — я собирался кое о чём тебя просить. В тот день у тебя дома, когда мы прятались в сенном сарае, ты подошла, когда я там лежал, легла рядом, и мы...

   — Эй, довольно, довольно! — перебила я его. — Я помню, что мы делали.

   — Я подумал, а вдруг ты забыла.

   — Эй, ты что себе позволяешь? По-твоему, я так часто этим занимаюсь, что могу и забыть? Вообще-то, со мной такое не каждый день случается!

   — Да, но ты с тех пор ни разу на меня не посмотрела. Ты со мной почти не разговариваешь.

   — Я в последние дни была как бы не в себе. Просто спала и спала.

   — Да, но потом...

   — Потом? — вздохнула я. — А потом я была растеряна. Просто не знаю, что и думать.

   — А ты всегда знаешь, что думать?

   — Если бы я могла ответить на этот вопрос, я бы, наверное, знала всё на свете.

   — Я сказал что-то такое, что тебя огорчило? Или что-то не так сделал?

   — Нет-нет. Дело во мне самой. Я вообще часто не понимаю, что делаю. А иногда делаю то, что не означает, будто я так думаю. Ты понимаешь, что я имею в виду? — с надеждой спросила я, сама не очень уверенная в сказанном.

   — Выходит, то, что ты говоришь, ничего не значит?

   — Да нет... Что-то значит, но я не понимаю, значит ли это то, что тебе бы хотелось услышать... Скажи просто, что я вела себя непристойно, и на том покончим.

Ли был явно задет, и так сильно, что я пожалела о своих словах. Я ведь ничего такого в виду не имела.

   — Послушай, мне немного трудно здесь сидеть, — сказал он. — Но если хочешь от меня избавиться, тебе придётся уйти самой.

   — Ох, Ли, я не хочу от тебя избавляться! Я не хочу ни от кого избавляться! Нам всем придётся жить здесь, где мы очутились, и ещё невесть сколько.

   — Да, — кивнул Ли. — В этом месте, в Аду. Иногда это и вправду похоже на ад. Сейчас, например.