Читаем Битва за хаос полностью

Но между открытием Америки и кругосветным плаваньем Магеллана произошло еще одно выдающееся событие: в 1517 году Мартин Лютер начал Реформацию церкви, начал как движение борьбы с коррупцией и разложением католичества, а на него тогда замыкалась вся умственная деятельность Европы. Таким образом, произошло как бы два скачка. С одной стороны, европейцы полностью пересмотрели собственные воззрения на устройство мира, с другой, Реформация дала им возможность познакомиться со всей Библией, а не только с её отдельными частями, причем теперь уже на национальных языках. Были низвергнуты все земные авторитеты — римский папа и его клир, святые, иконы, и даже такие равнобожественные в католичестве субъекты как дева Мария, превратившаяся теперь в обычную женщину. Но был в Реформации момент, последствия которого никто не мог оценить, да и вряд ли кто вообще обращал на него внимание. В оборот активно вошел Ветхий Завет — книга чисто еврейская, в отличие от Нового завета, написанного на греческом языке и адаптированного пусть и к разлагающемуся, но все же арийскому миру эпохи заката Рима. Кто-то может сказать, что всё христианство имеет своим источником еврейские доктрины, это будет правильно, но давайте будем помнить, что полторы тысячи лет Европа развивалась без еврейских доктрин, хотя христианство играло свою чужеродную отрицательную роль. Теперь же Писание состояло из двух частей — Ветхого и Нового завета, причем Ветхий был по объему в несколько раз больше, а по проработке — гораздо глубже Нового. Новый, таким образом, превращался в некое дополнение к Ветхому. И с ним мог познакомиться каждый! Так был дан старт соединению арийской религиозной системы с еврейской.

Но Реформация не коснулась всех стран. Те, что нас сейчас интересуют — Испания и Португалия — продолжали жить по старым католическим «евангельским» нормам. Более того, поток золота из Америки мгновенно сделал из Испании сверхдержаву, что позволило ей стать во главе Контрреформации. Именно на территории Испании в 1540 году баск Игнатий Лойола основал свой орден иезуитов, — будущее интеллектуальное ядро католичества. И именно им, Испании и Португалии, этим первым европейским Империям, предстояло выработать стратегию взаимодействия с коренным населением Америки. Да, главной целью конкистадоров был грабеж, но удовлетворив свой первичный аппетит пора было переходить к полноценному управлению новыми гигантскими территориями. В любом случае, нужно было обосновать эксплуатацию. Богословы порылись в Библии и нашли знаменитое проклятье Ноя своему сыну Хаму, где его потомки приговаривались быть рабами у потомков своих братьев. Вспомнили и главного языческого авторитета католической церкви — Аристотеля — и его теорию о «природных рабах». Тут же началась двадцатилетняя дискуссия о том, можно ли считать таковыми «природными рабами» индейцев? В частности, за индейцев вступился знаменитый монах Бартоломео де Лас Касас, один из первых европейцев ставший на их защиту. Он по возможности старался убедить всех, что «человеческий род един» и что индейцы — такие же люди, просто более дикие, он сравнивал их с «необработанной почвой». Итогом дискуссий знаменитая Requimiento — декларация, которую предложили индейцам и которую те, за небольшим исключением приняли. В ней говорилось о двух альтернативах. Первая — индейцы принимают католичество и подчиняются испанскому правлению. Вторая — индейцы отвергают Requimiento и тогда к ним будут применены меры отработанные католиками еще в Европе. «Мы возьмем вас, ваших жен и детей, и сделаем из них рабов, и продадим, и распорядимся с ним так, как прикажет его высочество, мы заберем ваши товары, и нанесем вам столько убытка и вреда, сколько сможем, обращаясь с вами как с непокорными вассалами».[468]