Читаем Битва за Кавказ полностью

В районе Майкопа фашистское командование предполагало захватить большие запасы горючего и нефти. Следом за 1-й танковой армией двигались немецкие специалисты, так называемая "бригада минеральных масел". Однако горючего в Майкопском нефтяном районе враг не получил. Запасы нефти, бензина и керосина были заблаговременно вывезены, буровые скважины забиты, а оборудование частично эвакуировано, частично зарыто в землю.

Захватив район Майкопа и Белореченской, противник предпринял яростные атаки на туапсинском направлении, пытаясь прорваться к побережью Черного моря. В этой обстановке Ставка Верховного Главнокомандования 10 августа приказала командующему Северо-Кавказским фронтом: "В связи с создавшейся обстановкой самым основным и опасным для Северо-Кавказского фронта и Черноморского побережья в данный момент является направление от Майкопа на Туапсе. Выходом противника в район Туапсе 47 армия и все войска фронта, находящиеся в районе Краснодара, окажутся отрезанными и попадут в плен.Ставка Верховного Главнокомандования категорически приказывает: Немедленно перебросить 32 гвардейскую стрелковую дивизию и занять ею вместе с 236 стрелковой дивизией - в три, четыре линии по глубине дорогу от Майкопа на Туапсе и ни в коем случае, под Вашу личную ответственность, не пропустить противника к Туапсе. 77 стрелковую дивизию снять с Тамани и немедленно использовать для усиления обороны Новороссийска, возложив оборону Таманского полуострова на береговые части Черноморского флота"{63}.

В соответствии с этими указаниями командующий Северо-Кавказским фронтом провел ряд мероприятий по прикрытию туапсинского направления. 17-й кавалерийский корпус был сосредоточен за р. Кубань юго-восточнее Краснодара. Соединения 12-й армии, приняв в свой состав часть сил 18-й армии, заняли оборону на левом берегу р. Лаба. 32-я гвардейская стрелковая дивизия при помощи кораблей Черноморского флота была переброшена в район севернее Туапсе и заняла оборону, прикрыв Туапсинское шоссе. Между тем противник упорно рвался к Туапсе. Войска его наступали двумя группами: силами 16-й моторизованной и 101-й легкопехотной дивизий на Апшеронский, Нефтегорск и силами 13-й танковой дивизии, моторизованной дивизии СС "Викинг" и 97-й легкопехотной дивизии на Кабардинскую, Хадыженскую, пытаясь окружить войска 18-й армии. 12 августа противник захватил Белореченскую. Здесь вели тяжелые бои части 383-й стрелковой дивизии 18-й армии. Ценой больших потерь противник форсировал Лабу восточнее Белореченской на участке 12-й кавалерийской дивизии 17-го кавалерийского корпуса и зашел в тыл 695-му полку. Ведя упорные уличные бои с превосходящими силами противника, полк отошел на южную окраину Белореченской. Будучи обойденными противником, части дивизии упорно оборонялись в окружении и затем, прорвав кольцо, вышли на рубеж Кушино, Маратуки, Котловина, Гунайка. То что немецко-фашистским войскам удалось захватить Белореченскую и прорваться в районе Хадыженской, вина во многом лежала на командовании 17-го кавалерийского корпуса и 18-й армии. По этому поводу Военный совет Северо-Кавказского фронта отмечал в своем постановлении:

"1. Прорыв противника в районе Хадыженской произошел исключительно по вине командования 17 кавалерийского корпуса генерал-майора Кириченко и комиссара 17 кавалерийского корпуса полкового комиссара Очкина, так как прикрытие направления Белореченская, Хадыженская было возложено на командира 17 кавалерийского корпуса. 2. В течение 12 - 16.8.42 г. командование 17 кавалерийского корпуса не выполнило ряд задач: а) допустило прорыв противника на участке Ханское, Великое; б) не уничтожило противника в районе Гурийское, Кабардинская, несмотря на полученные указания дважды; в) на протяжении двух дней 17 кавалерийский корпус топтался на месте и не вел решительных действий по уничтожению противника в районе Тверская, Хадыженская; г) командование корпуса неоднократно меняло место расположения своего штаба без разрешения штаба фронта, отрываясь от войск до 50 км, что приводило к потере управления войсками и связи со штабом фронта. 3. Командование 18 армии генерал-майор Камков, член Военного совета бригадный комиссар Кузьмин не приняли решительных мер по усилению обороны Хадыженской и в течение двух дней не нанесли решительного удара по противнику, занявшему Хадыженскую"{64}