Читаем Битва за ЮКОС полностью

Банкротство (от итальянских слов: banca – скамья, стол и rotta – изломанная, надломанная, т. е. несостоятельность банкира, крах банка) – юридически: термин торгового права, означающий «неоплатность лица, производящего торговлю, происшедшую от его вины». Из этого определения можно вывести следующие признаки: «1) банкротство есть неоплатность, то есть такое состояние должника, когда он не удовлетворяет предъявленных к нему обязательственных требований; 2) субъектом банкротства, банкротом, является, по нашему законодательству, лишь лицо, производящее торговлю, в противоположность прочим лицам (неторгового состояния), которые, впав в неоплатность, называются несостоятельными должниками. Этим признаком банкротство отличается от неосторожной и злостной несостоятельности неторговой; 3) неоплатность должна происходить от вины должника. Вина эта может быть или неосторожная, без умысла или подлога, когда должник допускает расходы, превышающие его доходы, или обнаруживает нерачительное ведение торговых дел и операций; или же умышленная, соединенная с подлогом, когда доказано, что должник, впавший в неоплатные долги, с умыслом для избежания платежа оных, перекрепил свое имение или передал его безденежно в другие руки, или же посредством подставных ложных заимодавцев или иным способом скрыл действительное свое имение или часть его, во вред неудовлетворенных вполне заимодавцев. В первом случае является неосторожное или простое банкротство; во втором – злостное или злонамеренное. Признаком виновности должника банкротство отличается от несчастной торговой несостоятельности, при которой невозможность платить долги проистекает от непредвиденных бедственных обстоятельств» (Устав Торгового Судопроизводства, изд. 1887 года, статьи 482 и 483). Подобное деление банкротства на простое и злостное заимствовано нашим законодательством из французского торгового права, различающего «banqueroute simple» и «banqueroute frauduleuse» и означающего несчастную несостоятельность термином «faillite». Банкротство признается всеми действующими законодательствами преступным деянием, но вопрос о том, к какому разряду преступлений оно относится, в различных кодексах разрешается различно. Французское и бельгийское законодательства относят банкротство к преступлениям противообщественным, рассматривая его как специально-торговое преступление. Германское право обращает главное внимание на то, что банкрот раньше всего разрушает имущественные интересы тех лиц, с которыми он вступил в известные отношения и доверием которых он злоупотребил, то есть при определении состава этого преступления на первый план выступает злоупотребление доверием.

Первые упоминания о нормах, предназначенных для регулирования банкротства, встречаются уже в древнем законодательстве России. При этом, как отмечает Г. Ф. Шершеневич, «замечательным представляется то явление, что чем более отдаляется развитие права от первоначальной эпохи, тем слабее становятся черты несостоятельности. Наиболее ясны и подробны постановления, содержащиеся в русской Правде, тогда как к XVIII веку не остается уже почти и следов конкурсного права». В статье 68 Карамзинского списка (XIII век) различаются понятия несчастной несостоятельности, произошедшей по вине должника: «Банкротство, утрата купцом взятых в долг денег не влечет за собой уголовной ответственности, ему дается возможность восполнить утраченное и в рассрочку выплатить долг. Эта льгота не распространяется на купца, утратившего капитал в результате пьянства и иных предосудительных действий. Судьба такого купца в этом случае зависит от кредиторов, которые могут или получить возмещение также в рассрочку, или, по мнению большинства, потребовать возмещения ущерба путем продажи его имущества и его самого в холопы».

В статье 69 указан порядок распределения имущества должника между кредиторами: «Очередность возмещения долгов зависит от положения кредиторов: княжеские деньги отдаются в первую очередь, за ними долги приезжего купца и затем местных купцов, которые делят между собой остаток».

Положения, посвященные вопросам несостоятельности, можно встретить и в договоре смоленского князя Мстислава Давидовича с Ригою, Готландом и немецкими городами 1229 года, и в Псковской Судной Грамоте, и в судебнике Ивана III, и в уложении Алексея Михайловича.

Истории известно о существовании нескольких проектов уставов о банкротстве (1740, 1753, 1763, 1768 гг.), которые, не став законами, тем не менее имели ограниченное применение на практике.