До Флокхарта долетел едва слышный звук, хотя он видел как Милани дует в нее изо всех сил. О чем свидетельствовала высоко поднимающаяся грудь и разувающиеся щеки.

Милани посвистывала так несколько минут, когда из глубины леса раздался звук от которого у Мартина кровь застыла в жилах, а ноги предательски дрогнули и подогнулись в коленках.

«Грифон!» – опознал он этот ответный выкрик на призыв шпионки и сжался мечтая оказаться сейчас отсюда как можно дальше.

Но увы, сейчас любое движение выдаст его с потрохами, а так… а так есть мизерный шанс остаться незамеченным, и значит уцелеть не будучи разорванным когтями полудемона и его клювом на мелкие кусочки.

Вот и сам грифон. Он двигался с грацией кошки поворачивая своей орлиной головой из стороны в стороны точно принюхиваясь или прислушиваясь и время от времени вздрагивал точно собака после купания, от чего крылья расходились в сторону.

В какой-то момент грифон уперся немигающим взглядом точно в сторону кустов, за которым скрылся Флокхарт. Мартин лишь успел взмолиться своей заступнице богине Альмане прося чтобы она скрыла его от этого монстра. И богиня услышала…

– Да-да… Раст, я знаю… – долетели слова Милани произнесенные успокаивающим тоном, отвлекая грифона от подозрительного места. – Я знаю что от меня так и разит… но это я.

Грифон чуть успокоился и смелее подошел к женщине с распотрошенным кроликом, который тут же оказался в его клюве. Милани погладила грифона по голове, от чего он стал вообще шелковым и даже что-то прокудахтал подлизываясь точно котенок под руку.

«Вот и повязал шпионку со связной… – горько усмехнулся Мартин, глядя на эту идиллическую картину общения женщины с ручным полудемоном. – Аж слеза прошибает».

Тем временем Милани выудила какой-то сверток из сумки на груди грифона и вложила другой уже из своей сумки. Обмен информацией произошел.

«И что теперь?» – думал Мартин.

Но придумать что либо ему не удалось. Милани шлепнула ладонью по крупу Раста и тот проворковав взмахнул крыльями начиная разбег. Флокхарт зарылся в кусты ведь грифон рванул в его сторону.

Но чудовище спешило доставить сообщение и не заметила своего извечного врага в кустах. Мартин лишь наблюдал как он несколько раз взмахнул крыльями. Оторвался от земли и скрылся в кроне деревьев.

«Ее нужно брать с сообщением! Ведь это же самая убойная улика, что она амазонка!» – напомнил себе Мартин и подняв камень, выскочил из кустов, готовясь ошеломить врага.

– Проклятье… – сплюнул он, увидев что ошеломлять просто некого.

От Милани и след уже простыл. Не осталось ничего другого как бросив камень самому возвращаться в селение. Может ему еще удастся перехватить ее на входе…

«Впрочем, в этом нет смысла, – понял он. – Прочитав сообщение, она его уничтожит… я только подставлюсь если потребую ее досмотреть. У меня ничего нет».

52

Тем не менее Мартин поспешил в поселок так быстро как только мог, но чтобы при этом в спешке не сломать себе ногу или голову. Все же он придумал как можно подловить амазонку. Нужно просто вернуться раньше нее и разбудить вождя.

«Вот уж он удивится узнав что его жены нет рядом с ним!» – подумал Мартин и его настроение заметно улучшилось.

Подозрение падет на Милану, пусть не в шпионаже, Мартину этого не доказать. Так в измене точно! А изменить вождю это все равно что подписать себе смертный приговор. У аборигенов с этим строго. Хватит одного подозрения что жена с кем-то снюхалась чтобы как минимум быть изгнанной из клана, как максимум – закончить свою жизнь на плахе.

– И как я об этом раньше не подумал?!

Оказавшись в селении Флокхарт сразу же направился к хижине вождя. Аборигены жили просто, а потому даже к вождю можно было попасть как к любому другому члену клана, просто постучав в дверь. Никакой охраны на входе не имелось. Что по своему плохо – стражники могли стать неплохими свидетелями.

Тем не менее постучав для порядка об косяк Флокхарт осторожно вошел в дом.

– Так я и знал! – обрадовался Мартини убедившись что Миланы рядом с вождем нет.

Но вот густой сивушный аромат который не выветривался даже несмотря на то что дом плетеный и в нем полно щелей для хорошей вентиляции Флокхарту не понравился. Тем не менее он подошел к вождю и стал его трясти:

– Просыпайтесь вождь! Проснитесь!

Мартин тряс Латту Могучего где-то с минуту, и вождь словно оправдывая свое второе имя-прозвище лишь перевернулся на другой бог потянув на себя сползшую шкуру исполнявшую роль одеяла.

– Мн-да… Могуч, могуч… жаль только не в том чем надо. Ну да ладно, сейчас свидетелей позовем… они подтвердят что ты один одинешенек, а твоя женка где-то гуляет.

Мартин выбрался из хижины вождя и пошел к ближайшему одному из самых уважаемых членов клана. Только он хотел постучать в дверь, как к дому вождя метнулась быстрая тень.

– Тьфу ты, твою мать… – сплюнул Флокхарт и опустил занесенную для стука в дверь руку.

Тенью была не кто иная как Милани.