Читаем Битва за Британию полностью

Литхэрт повел 54-ю эскадрилью к Биггин-Хилл. Облачность сегодня была довольно плотной и низкой. Поэтому эскадрилья летела не выше двух тысяч метров. Наша пара летела чуть выше остальных у самой нижней кромки облаков. Такое право действовать не в общем строю эскадрильи я себе выбил у нашего комэска. Доказав ему, что так я буду наиболее эффективен. И сейчас это помогло нашей эскадрилье избежать очень больших неприятностей. Восемь «Мессершмиттов Bf-109E» вынырнули из облаков внезапно. И если бы я с моим ведомым летели вместе в едином строю со всеми своими соратниками, то, скорее всего, вовремя заметить эту угрозу не смогли бы. Немцы очень грамотно подгадали момент и угол атаки. Подловили бы они нас там внизу. Но мы-то с Колином Греем сейчас находимся не внизу, а выше и чуть позади группы Литхэрта. Поэтому эту хитрую атаку нацистов я засек моментально и сразу же заорал на канале нашей эскадрильи, чтобы предупредить о ней всех наших соратников. Ведь чего-то подобного я и ждал от этого вылета. Нельзя недооценивать противника. А сегодняшняя низкая облачность просто напрашивается, чтобы в ней кто-то спрятался и устроил нам засаду. Очень не нравились мне все эти тучки, и я за ними бдительно наблюдал. И не зря. Меня услышали. И наши истребители там внизу начали бодро перестраиваться для отражения вражеской атаки. Теперь у тех хитропопых фашистиков не выйдет напасть внезапно на наших парней. Эффект внезапности уже утрачен. Так! Наших предупредили, но сами пока лезть туда не будем. Ни к чему это, сразу же бросаться в бой, как только завидишь противника на горизонте. Это удел неопытных юнцов. А я кадр опытный и коварный. А другие в военном небе не выживают. Поэтому мы сейчас летим как и летели. Только скорость немного прибавим.

А внизу тем временем разворачивается воздушный бой. Немцы на лобовую атаку не осмелились и, обстреляв издалека Литхэрта и его бойцов, уходят на вираж. Наши предсказуемо рвутся за ними. И вот уже в небе начинает раскручиваться карусель из самолетов. Вот, что и требовалось доказать. Учить их еще и учить. Я же Литхэрту об этом говорил. Что немцы не любят воевать на горизонталях. Они предпочитают бить своих противников на вертикали. Недаром же у «сто девятых» скороподъемность выше, чем у «Спитфайров». И германские пилоты этим любят пользоваться. Вот и теперь шесть вражеских истребителей сковали действие всех четырех «Спитфайров» Литхэрта. А одна пара «Эмилей» пытается выскочить наверх, чтобы бить оттуда. Хороший план был у нацистов. И он бы удался. Если бы здесь наверху не было сейчас нас с Колином Греем.

Чтобы не спугнуть пилотов противника, я, прикинув курс той вражеской пары, поднимающейся вверх, резво ухожу в облака. Мой ведомый следует за мной как приклеенный. Какое-то время летим вслепую. А потом снова выскальзываем вниз. Конечно, перед этим я Колина предупредил по рации. Хорошая вещь радио. Без него такие вот синхронные маневры хрен выполнишь. Мы же друг друга не видели. В облаке видимость нулевая. А кругом только серая муть. Но мой ведомый послушно вынырнул из облака вслед за мной. Молодец! Не оторвался и с курса не сбился. Хороший пилот из Колина Грея получился. Интуиция меня не подвела. Красиво я вышел. Прямо на цель. Прямиком перед ведущим «Мессершмиттом» вражеской пары. Расстояние детское. Не дальше ста метров. Успеваю отчетливо рассмотреть сквозь прицел серый пятнистый фюзеляж с большим зеленым сердцем, нарисованным ниже кабины, желтый кок винта и ряд крестиков, обозначающий сбитые самолеты противника.

«Ого, заслуженный Фриц передо мною тут выставился во всей красе!» – успеваю подумать я перед тем, как открыть огонь.

Короткая очередь из всех стволов пробивает мотор нацистского истребителя и добегает до кабины. С такой дистанции хорошо видны попадания и большие куски обшивки, разлетающиеся в разные стороны при этом. Немец быстро проскакивает вверх, а место в прицеле моего «Спитфайра» занимает самолет его ведомого, который летел за ним следом. По нему я тоже успеваю отработать из пушек и пулеметов. И не промахиваюсь. А с такой дистанции трудно промахнуться. Тут до цели уже метров пятьдесят. Не больше. По меркам воздушного боя – это стрельба практически в упор. Ведь от момента открытия огня по головному «мессеру» до того, как «сто девятый» вражеского ведомого мелькнул в моем прицеле, я уже успел пролететь метров пятьдесят. Это вам не наземное сражение. Тут в небе все происходит очень быстро. На бешеных скоростях. В общем, попал я во второго немца. И сделал это очень качественно. Аж сам удивился. Второй «Эмиль» внезапно взорвался в ослепительной вспышке, которая и меня ослепила на несколько мгновений. Похоже, бензобак рванул. Чисто инстинктивно дергаю ручку на себя, уходя вверх и влево. И чувствую ощутимый удар куда-то в район носа моего истребителя.