Внезапно приходит помощь, откуда не ждали. «Харрикейны», про которые мы все уже успели забыть, никуда не делись. Обстреляв тройку немцев, убегавшую от нас, они заложили вираж и попытались догнать ускользающую добычу. И у них бы ничего не получилось из этой затеи, если бы немецкие истребители и дальше продолжили лететь тем же курсом и с той же скоростью. «Харрикейны» бы их просто не догнали. Скорость не та у них. Но тут вмешались мы. Сбили одного «Эмиля», а другого погнали прямиком на «Харрикейны». И те не упустили такую возможность. Пулеметы на этих британских истребителях стоят слабенькие. Винтовочный калибр. Но их там реально много. По восемь штук на каждом «Харрикейне». А в этого «сто девятого» стреляли аж пять «Харрикейнов». Попали конечно же не все. Но немецкому истребителю хватило, чтобы взорваться огненным шаром. Мне при этом пришлось резко отворачивать в сторону и молиться, чтобы разлетающиеся осколки немецкого истребителя до моего «Спитфайра» не долетели. А то я уже видел такое в своей жизни. Когда один советский летчик погиб от осколков взорвавшегося вражеского самолета. Слишком уж близко к месту взрыва он в этот момент находился. Не хочется вот так вот глупо погибнуть. Впрочем, даже по-умному я погибать тоже не хочу. Меня же дома жена ждет. Беременная, между прочим. Кстати, пока мы тут гоняли этого подранка нацистского, третий «Мессершмитт» успел удрать. Преследовать его я не стал. Бесполезно. Скорость этот немец набрал уже приличную.

<p>Глава 3</p><p>О холодном пиве и не только</p>

Сижу я, значит, спокойно. Никого не трогаю. До этого момента мне этот паб возле аэродрома нравился. Называется это достойное заведение «Веселый пилот». Уютный и не очень большой бар без всяких претензий на элитарность. Простой паб для простых людей. Я такие кабачки и в прошлой жизни любил. За атмосферу. После нашего возвращения на аэродром я наконец-то добрался до казармы и своих вещей. Кстати, офицеры обитали не в общей казарме вместе с рядовыми и сержантами. Нас расселили в отдельных комнатах уже другой казармы. По шесть человек в каждой комнате. В моей комнате кроме меня обитали мой ведомый Колин Грей и Роджер Мун. Остальные постояльцы отсутствовали. Потери сегодня в нашей эскадрилье были ощутимыми. За этот день мы потеряли двоих пилотов убитыми и двоих ранеными. И три опустевшие кровати как раз и принадлежали тем, кому сегодня не повезло. Бывает. Война она такая, сучка резкая. Кстати, моя кровать тоже сегодня могла опустеть. После посадки мой авиатехник Джон Макглас насчитал три пробоины в левом крыле моего «Спитфайра». На этот раз пронесло. И немецкие пули не задели никаких жизненно важных частей моего истребителя. Но поблагодарить своего ведомого я был должен. Возможно, что его предупреждающий окрик по рации спас мне тогда жизнь в воздушном бою.

Поэтому я твердо решил пригласить его в тот самый паб, о котором мне днем рассказывала официантка в нашей аэродромной столовой. Да и самому было интересно глянуть на это гнездо порока. И увидеть, как тут народ расслабляется после боевых вылетов. А повоевали мы сегодня от души. Между прочим, вчера таких интенсивных налетов вражеской авиации не было. Как и всю прошлую неделю. Нет, немцы, конечно, летали и пытались бомбить. Но не такими большими группами и не так часто. А вот сегодня как с цепи сорвались. Именно сегодня, 15 августа 1940 года, налеты на Англию были более массированными и частыми, чем накануне. И это мне еще повезло, что я с утра пораньше не прибыл в расположение 54-й эскадрильи. Рано утром эскадрилья участвовала еще в двух боевых вылетах. А потом были еще два, в которых мне и посчастливилось поучаствовать сегодня. Но сейчас уже никто летать не будет. Вечер на дворе. Солнце начинает быстро падать за горизонт. А ночью тут пока никто не воюет в воздухе. Немцы еще не додумались до ночных бомбардировок британских городов. Сейчас они уверены в своем превосходстве над Королевскими ВВС. Думают, что скоро завоюют превосходство в воздухе над Британией. И на это у них есть все основания. Я в штабе ВВС слышал, что у англичан сейчас здесь есть не более восьми сотен истребителей. А вот у люфтваффе их в несколько раз больше. Плюс бомбардировщики, которых у Германии тоже немало. Вот и выходит, что британским пилотам в этом грандиозном воздушном сражении за Британию приходится драться с многократно превосходящими силами противника. Малейший просчет – и их сомнут. Массой задавят. Поэтому немцам в данный момент не надо выдумывать какие-то там военные хитрости. И летать по ночам, чтобы снизить свои потери. Зачем? Сейчас у них пока сил хватает для дневных налетов. Это потом, когда англичане смогут отбиться и хорошо так потрепать хваленые люфтваффе, немцы перейдут к ночным налетам на Лондон и другие британские города. А сейчас они считают, что скоро и так победят.