Читаем Битва во мгле полностью

Лицо девушки смотрело на него из темноты. Оно с мольбой вопрошало: за что? Я ни в чем не виновата! За что ты обрек меня на мучения? Я так любила жизнь! Взгляд Франчески жег как огонь. От него не было спасения. Он был немым укором и проклятьем, от которого Грабовскому не избавиться до самой смерти. Лейтенант не помнил, сколько времени провел под огнем немигающих карих глаз. Спасением стала сильная рука, которая легла на его поникшее плечо.

— Держись, старина, — Николай говорил негромким твердым голосом. — Эти твари сами подписали себе смертный приговор. У нас появились к ним личные счеты.

— Я их зубами рвать буду. — Глаза Марка горели холодным пламенем.

— Не сомневаюсь. — Николай тяжело вздохнул. — знать бы только кого.

— Давайте думать… — Жерес запнулся, остановив цзгляд на Грабовском. — Марк, ты можешь соображать? Или лучше отправить тебя в койку?

— Я в порядке. — Лейтенант весь затрясся от злости и напряжения. — Я более чем в порядке.

— Н-да… — Жерес понял, что Марк никуда не уйдет. — Тогда давайте загибать пальцы. Что нам известно о противнике? Во-первых, невидимый. Об этом говорят как кадры с «Фантерскрипта», так и мои наблюдения. Я говорил, кажется, что на Земле после первой встречи с Торном меня преследовал беспилотный грузовик.

— В призраков я не верю, — образование не замедлило ударить в голову Николая, — а вот в сверхсовременную систему маскировки охотно.

— Годится, — сдался Жерес. — Второе: рост около трех метров, — копаясь в памяти, майор прищурился, — примерно до такой высоты взлетали истерзанные тела пилотов. Резонно предположить, что они не сами собой туда подпрыгивали.

— Не согласен. — Пьер Фельтон замотал головой. — Таких громил так просто не спрячешь. А между тем они тайно побывали как на Земле, так и во многих мирах Союза.

— Это ты о шпионах? — догадался Жерес.

— Именно.

— А кто тебе сказал, что шпионы похожи на штурмовиков с «Фантерскрипта»? Может, они маленькие зеленые человечки с большими мозгастыми головами?

— Две расы? — Инженер-лейтенант почесал затылок. — Маловероятно.

— Николай считает, что звездолет атаковали роботы, — Грабовский впервые за последние четверть часа подал голос. Он слегка оправился от потрясения и начал следить за ходом спора.

— Роботы, по венам которых течет твоя кровь? — Фельтон не отличался чувством такта, поэтому не стал жалеть бедного Марка. — Здесь, на Эктегусе, им повезло меньше, чем на «Фантерскрипте». Кто-то из твоих родичей получил по полной программе.

Внутри Марка вскипел гнев. Он медленно стал подниматься со стула.

— Назад! Сидеть! — опередив разведчика, Жерес подал команду «брек». — Головы друг другу будете бить после победы, сейчас они мне нужны в целости и сохранности. Думайте, господа «головорезы». Нам необходимо понять, кто наши враги, и разобраться в их намерениях. От этого зависит не только судьба экспедиции, но и существование нашего мира.

— Думаем мы, думаем… — Фельтон почувствовал свою вину и уткнул глаза в пол. — С чего бы только начать?

— Раз уже затронули мою особу, то, может, попытаемся выяснить, на кой черт им понадобились мои клоны, — скрипя зубами, Марк принес себя в жертву.

— Чего тут думать? Все проще простого! — Николай с ходу предложил свою теорию. — Всякое действие вызывает противодействие. Информаторы противника сообщили ему о том, что Совет задействовал новое средство борьбы. На планете Земля существует эффективное оружие под названием «Головорезы». Что это такое и с чем его едят, противник разбираться не стал. Раз такая штука есть у Совета, значит, должна быть и у них. Или нет, не такая, а во много раз лучше. Сказано — сделано. Из тела Франчески Карлони они добыли сперму одного из офицеров этих самых «Головорезов». На свой вкус и цвет видоизменили ДНК и создали то, что захотели.

— Не дай бог увидеть. — Грабовский закрыл лицо руками.

— Хорошо, скопировали тело, — Фельтон с присущим ему скептицизмом решил похоронить гипотезу Николая, — а мозги? Наша сила ведь не в мускулах, а в знаниях, навыках, рефлексах. Без всего этого человеческое тело — просто вялое бесполезное филе.

— Мозги? — Строгов развел руками. — Ну, мозги, видать, тоже хотели, да не успели. Замешкались с созданием клона и дали Грабовскому как козлику пока попастись на лужайке. А пришло бы время, и бац… прощай, серое вещество.

Грабовский на секунду представил себе эту картину. Обритый налысо череп с идеально ровными пропилами. Из него на изумрудную траву вывалились его неповторимые мозги. Взгляд изумленно-недоумевающих глаз устремлен в небо, а на губах гримаса адских мучений. И муха, традиционно жирная зеленая муха, блаженно чавкающая в лужице теплой, еще не свернувшейся крови. Лейтенант вздрогнул и бессознательно положил руку на кобуру.

— Слушаю я тебя, Николай, и все не могу взять в толк: зачем такие сложности? — Пьер специально повысил голос, чтобы суть его реплики дошла до всех присутствующих. — Наши враги уже покорили десяток цивилизаций. Они берут, что хотят и когда хотят. Что им стоило разделаться с нами прямо на Земле, или в космосе, или здесь, на Эктегусе?