— Еще одна странность, — Грабовский продолжил рассказ Николая. — Как корабль оказался в запретном секторе? «Фантерскрипт» стартовал с Ха-аткумаи направился на Лееду — планету, расположенную в семи световых годах от нынешней границы Черной зоны. У навигаторов «Трокстера» мы поинтересовались о возможности столь неожиданного изменения курса, ведь отклонение тридцать семь градусов — это, знаете ли, слишком. Все они в один голос отрицают вероятность сбоя или ошибки эгиона. С Ха-аткума нам подтвердили предстартовую установку курса до Лееды. — Перечислив факты, Марк подытожил: — Остается лишь одно: перезагрузка нового курса прямо на корабле непосредственно перед стартом. А это, как вы сами понимаете, мог сделать только кто-то из членов экипажа.

— Мне трудно поверить… — Торн был подавлен. — Ничего подобного не случалось тысячи лет! А теперь и внешняя агрессия, и предательство некоторых граждан одновременно. Наш великий Союз стоит над пропастью. Полбеды, если мы будем несостоятельны на полях сражений, но крушение моральных устоев отбросит нас назад в смутные, жестокие времена.

Профессор имел такой жалкий вид, что Жерес не удержался от слов утешения:

— Да полно вам, Торн, еще не конец света. Мы же с вами пока еще не вступили в дело, а значит, у Союза есть шанс!

Маленький ученый взял себя в руки. Он поднял глаза на Жереса и спросил:

— Мне не дает покоя одна мысль. До случая с «Фантерскриптом» агрессор не утруждал себя охотой за кораблями вне своих, так сказать, владений. И вдруг целая эпопея с захватом. Для чего? У них что, железо закончилось?

— А как вы думаете, зачем нападают на грузовые транспорты? — Майор словно ожидал этого вопроса.

— Неужели из-за груза?

— Четыре миллиона тонн активной биологической массы направлялось на Лееду для клонирования больших леедийских дафилов. Как вы знаете, Лееда — это, по сути, огромная галактическая ферма, которая снабжает животным белком шестую часть Союза.

Мысль Жереса продолжил Строгов:

— Заметьте, профессор, ни на одной из захваченных планет подобных материалов не было. Поэтому вполне логично, что их начали искать вне Черной зоны.

Сенсационные новости совсем сбили Торна с толку. Едва шевеля своими распухшими мозгами, он задумчиво произнес:

— Ума не приложу, зачем им столько биомассы?

— Есть два варианта, — на лице Жереса не было и тени веселья, — или кому-то недостает пары миллиардов солдат, или свежего мяса. Сразу скажу, что ни первый, ни второй вариант мне не по душе.

Глава 13

Вибрация усиливалась. Гигантское тело «Трокстера» ежесекундно вздрагивало подобно детской коляске, летящей вниз по ступеням бесконечной лестницы. Прорываясь сквозь огромную плотную атмосферу планеты, корабль шел на посадку.

— По-моему, все это тебе жутко нравится. — Николай Строгов с улыбкой взглянул на Грабовского.

— Что — это? — не понял тот.

— Звездолеты, инопланетяне, тайны, диверсанты. Даже сейчас, когда нас трясет, как в камнедробилке, твоя физиономия отображает неописуемое блаженство.

— Черт побери! Необходимо немедленно заняться тренировкой мимики! — Счастливое лицо Марка сразу затянуло тучами. — Все-таки со вчерашнего дня я возглавляю нашу контрразведку.

— Ага, чтобы от одного взгляда на тебя каждому шпиону хотелось немедленно сдаться, а каждому не шпиону — сдать соседа.

— Я не сторонник столь грозного имиджа. Душка ноль-ноль-семь — вот мой идеал.

— Нашел душку! Как утверждала советская пропаганда, маньяк, хладнокровный убийца и развратник.

Расстояние до поверхности Эктегуса все еще исчислялось тысячами километров, а это означало, что пассажиров ожидал получасовой спуск, наполненный бездельем. Понимая это, Строгов развлекался безобидной болтовней.

— Образ Джеймса Бонда не подходит в нашем случае. Флеминг никогда не отправил бы своего героя в космический полет в компании с десантниками и инопланетянами.

— Это почему? — возмутился Марк.

— Здесь нет женщин, а все очарование Джеймса было направлено только на представительниц слабого пола. Без этого он не катит даже на участника массовки в воскресном сериале. — Николай пониже опустил спинку кресла. — А стрелять из пистолета, гонять на машине и совать нос в чужие дела, — этим сейчас занимаются все подряд.

— Ну, если дело только в женщинах, то здесь у меня полный порядок.

— Надеешься подцепить какую-нибудь симпатичную марсианку?

— Уже.

— Что значит — уже? — теперь Николай непонимающе смотрел на друга.

— Мы с Дэей трахаемся уже четыре дня.

Эта новость была покруче падения в плотных слоях атмосферы. Процесс посадки сразу отошел на второй план.

— Ты шутишь, разве такое возможно? Она же не человек!

— Тише ты! — Грабовский покосился на соседей.