Расставшись с Макровым, Уманько интуитивно чувствовал, что технические предложения написать всё же придется. Разумную аргументацию в защиту этого он еще не мог сформулировать. Но интуиция уже начала покорять разум и требовала повторного анализа ситуации с учетом информации, полученной от Макрова.

Уманько начал полемику с самим собой.

– Да, требования жизни далеко ушли вперед от наших возможностей. Ну и что? Ведь образовавшееся рассогласование и является сигналом, определяющим движение вперед. Так то оно так, но это рассогласование не по ускорению или скорости, когда система чувствует и быстро реагирует на малейшие изменения динамики процесса. К сожалению, нашей системе не до динамики, она рассогласована уже в статике — по уровню этого процесса. При этом величина рассогласования огромна — четыре года (если не больше) сложного научно-исследовательского труда, да еще не исключен и отрицательный результат. Во всем этом виноваты люди, в том числе и. я, персонально: сам недостаточно думал вперед, недостаточно убеждал других, недостаточно добивался, недостаточно создавал условия, недостаточно..., недостаточно... Словом, все недостаточно. Но ведь на моем месте уже были трое других. Похоже, что все мы делаем одну и ту же ошибку. В чем она?

– Для конечного успеха нужны средства. Чтобы получить средства — нужно пообещать конечный успех...».

На этом литературные записки бывшего главного конструктора боевой системы ЗГРЛС обрываются. Откровенно говоря, жаль, что Франц Александрович Кузьминский, или, как чаще его называли, Александр Александрович успел только начать свой литературный труд и не завершил его. Честно говоря, пятьдесят три листа черновика читаются на одном дыхании. Самое главное, что в них от первоисточника показано как, в каких условиях и зачем принималось решение о создании боевой системы загоризонтной радиолокации. В этом непростом и многотрудном деле Франц Кузьминский и его команда были первопроходцами.

Глава 14 «У России имеются боевые ЗГРЛС»

Конечно, Россия это не СССР с его громаднейшим экономическим и военным потенциалом. Но и у нее в современных условиях нашлись силы для создания загоризонтных локаторов. Основу для них создал Франц Кузьминский и другие ученые из НИИДАР. Единомышленники Кузьминского не бросали в рыночное лихолетье эту, не сулящую огромных барышей, сложнейшую работу и незаметно, без рекламной шумихи создавали новое российское радиолокационное чудо. Под руководством главного конструктора Федора Фёдоровича Евстратова созданы уникальные загоризонтные радиолокационные комплексы. Решена задача обнаружения надводных и воздушных целей в ближней и дальней ионосферной зоне.

Для удовлетворения любопытства читателей расскажу, что это дело началось еще в 1982 году. В тот период против Франца Кузьминского, по словам генерал-лейтенанта в отставке Героя Социалистического Труда Михаила Марковича Коломийца — начальника специального управления по вводу систем ПКО, ПРО, СПРН 4 ГУМО, начались гонения. Как отметил генерал Коломиец некоторые должностные лица, в том числе и бывшие соратники Кузьминского, пытались в ошибках создания боевой загоризонтной системы обвинить именно главного конструктора. «Но это не так, — категорично заявил генерал Коломиец, — Кузьминский был человеком с высокими организаторскими способностями, четко и логично выражающий свои мысли, к работе относился с полной самоотдачей. Лейтмотив его деятельности: «Все трудное мы делаем немедленно, а невозможное — несколько позже». Выходец из КБ-1, в работе не щадил ни себя, ни подчиненных. О загоризонтной локации и возникших проблемах Михаил Маркович высказался весьма прямолинейно, по-военному: «Скажу лишь, что проблема оказалась значительно сложнее отнюдь не по вине главного конструктора. К тому времени изученность состояния ионосферы, особенно в северных широтах, была недостаточной. И это была не вина, а беда главного конструктора — здесь требовалась координация усилий десятков НИИ, по крайней мере, Президиумом Академии наук СССР».

Я уже отмечал, что Франц Кузьминский был поставлен в крайне сложные условия. Он и его команда работали над сложнейшей наукоемкой проблемой. И он близок был к разгадке тайны природы. Но время и обстоятельства были против него.