Артур Макарьев

БИТЛЗ: СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

Нью-Йорк. 8 декабря 1980 года. 72-я улица

С утра мокрый снег с дождем парализовал город. Машины еле двигались. День близился к вечеру. На углу 72-й большое желтое нью-йоркское такси остановилось забрать пассажира — вашингтонского адвоката Тома Спрингфилда. Таксист с сильным неамериканским акцентом выяснил, куда ехать, включил счетчик, тронулся еле-еле: пробка обступила его такси со всех сторон.

Бывший гражданин СССР, грузин Ромаз Джанашвили не владел пока еще всеми тонкостями английского языка, чтобы грамотно обругать пробку, в очередной раз выругался по-грузински, когда его машина оказалась прижата к тротуару.

— Господи, — сказал адвокат, — что он делает? Он убил его.

Рядом с их машиной на тротуар падал человек.

— Он убил Джона Леннона, — выдохнул адвокат.

Все машины сразу встали, люди стали выскакивать на улицу, у всех шок. Убийца никуда и не бежал, его обезоружил Дакота Хаус, охранник дома, где жил Леннон.

Вдова покойного опустилась на колени. В эти минуты из безжизненного тела уходил дух «Битлз», дух 60-х, уходило все то, ради чего она развалила эту великую группу. Джанашвили, не связанный никакими чувствами к «Битлз» и Джону Ленно-ну, боящийся попасть в Нью-Йорке в какую-нибудь неприятность, побежал вызывать полицию и «скорую помощь», на ходу пытаясь сообразить, как объяснить по-английски, в кого, собственно, стреляли.

Англия. Ливерпуль. 31 декабря 1961 года, 8.30 утра

Участники одной из многочисленных ливерпульских групп «The Beatles» Джон Леннон, Джордж Харрисон, Пол Маккартни и ударник Пит Бест, вместе с администратором Нилом Аспиналом загрузили инструменты и видавшие виды усилители в небольшой фургон «бэдфорд». Через 10 часов, пробираясь сквозь снег с дождем, они добрались до Лондона, где завтра, 1 января 1962 года в студиях «Decca Records» была назначена пробная демонстрационная запись. Менеджер группы Брайн Эпштейн уехал в Лондон накануне поездом. Путешествуя из Ливерпуля в Лондон на потрепанном фургоне, «Битлз» переговорили обо всем, что, как им казалось, могло их ожидать в ближайшем будущем. Но они никак не могли предположить, что «Decca Records» откажет им в контракте и записи пластинок, а мало кому известная фирма «Парлафон», никогда не записывавшая рок- и бит-музыкантов, в лице продюсера Джорджа Мартина, предложив «Битлз» сменить ударника, предложит и контракт на запись нескольких пластинок. Через два года, в январе 1964-го, «Битлз» станут самой популярной группой на необъятных просторах нашей планеты, а 31 декабря 1961 года в гостинице «Роял», что рядом с Рассел-сквер, четыре музыканта ливерпульской группы «Битлз», их администратор и менеджер, встретив в 12 часов новый 1962 год, отправились спать, возложив большие надежды на наступивший год.

СССР. Москва. Конец января 1964 года

Выключив назойливый будильник ровно в 6 утра, министр культуры СССР поднялась с постели, прихватила халат и пошла умываться. Где-то в начале 7-го, приведя себя в порядок, с чашкой кофе прошла в столовую, где домработница уже приготовила завтрак со свежеиспеченными пирожками и булочками. На журнальном столике рядом с проигрывателем лежали пластинки. Накануне вечером и далеко за полночь падчерица праздновала день рождения. Шумели, танцевали. Что-то там, рядом с проигрывателем, привлекло ее внимание. Поставила чашку на стол, подошла ближе к журнальному столику. Три пластинки: одна — исполнителя твистов Чабби Чеккера и две… прочитала повнимательней: «Битлз». Черно-белая пластинка, плечевой портрет участников группы, ей даже понравилась, лихо подумала она. Открыла свой известный коричневый кожаный блокнот, тут же нашла карандаш и после вопросов к секретарю ЦК КПСС Козлову, к которому собиралась к 9.00, записала: «Битлз» — спросить у Хренникова». И что вы думаете? Спросила. Где-то около 3 часов дня позвонила Тихону Николаевичу Хренникову, председателю Союза композиторов СССР и спросила про «Битлз». Почувствовав подвох в вопросе министра, Тихон Николаевич, выдержав паузу, сказал:

— У нас зарубежной музыкой занимается Никита Владимирович Богословский. Он недавно был в Париже, так что наверняка в курсе. Я скажу, чтобы он вам перезвонил.

Почувствовав холодность тона Хренникова, министр взяла себя в руки и сказала:

— Ну уж сделайте одолжение. Большое спасибо! — И повесила трубку.

Действительно, а что Хренникову до министра культуры? Он Сталина пережил, а тут… Пожал плечами, вызвала секретаршу и попросила соединить с Богословским.

* * *

— Никита Владимирович, мне сейчас звонила министр культуры, спрашивала, — посмотрел на календарь, где успел записать слово, — про «Битлз», знаешь чего-нибудь?

— Знаю, — ответил Никита Владимирович, — слушал их в «Олимпии».