Читаем Биография Белграда полностью

Эти слова опроверг Сулейман Великолепный, который занял Белград в 1521 году и таким образом открыл Турции дорогу на Вену. Сербское население было выслано в Царьград, а Белград переродился в Белиград-махалу меж Золотых и Силиврийских ворот. Остатки сербских кварталов в Царьграде можно увидеть на этой карте:

* * *

С тех пор, в период с XVI по XIX век, было создано более ста гравюр Белграда, города, который находился «ante murales christianitatis» и который, благодаря принадлежности миру восточного христианства, часто именовали «греческим Белградом», что имело исключительно конфессиональное значение. Встревоженная тем, что в 1529 году турки оказались под Веной, Европа отреагировала на падение Белграда и другими способами. В 1532 году известный итальянский поэт Лудовико Ариосто в сорок четвертом стихе своей поэмы «Неистовый Роланд» описывает осаду Белграда с отличным от реального исходом: город спасается от завоевателей. В поэме Ариосто на Белград нападают греческие императоры (в этих литературных образах можно узнать черты Константина V Копронима и его сына Льва Хазара). Сочиняя этот эпизод, Ариосто ориентировался на современные ему описания неудачной осады Белграда турками в 1456 году, но в поэму эти события попали из-за угрозы, нависшей над Европой, после того как Белград в 1521 году оказался в руках турок.

Падение Белграда встревожило сонный христианский Запад. Власти Дубровника с ужасом сообщили папе о захвате Белграда турками, переслав ему письмо султана, рассказывающее о произошедшем:

[Отсутствует кусок текста — прим. вер. ]

маты, писатели и путешественники из Франции, оставив об этих визитах многочисленные воспоминания. Так, Мишель Бодье в своей книге о падении Белграда и переходе его под власть турок в 1521 году сообщает, что Сулейман Великолепный вместе с другими трофеями вывез из города икону Богородицы (видимо, ту самую, которая, согласно другому преданию, попала в Смедерево) и затем в Царьграде продал ее грекам. Мартин Фюме наблюдал в Белграде, некогда «знаменитом благодаря успешным битвам, которые на этом месте и в окрестностях города велись против турок», как принц Селим в 1566 году встречал тело своего мертвого отца, султана Сулеймана II, и как при этом, по словам автора, во всем Белграде воцарилась «чудесная тишина на четверть часа», которые потребовались новому владыке, чтобы сменить коня. Анонимный французский автор, который в 1629 году опубликовал в Париже «Путешествие в Левант», вспоминал, что в 1621 году в Белграде было гораздо больше православных христиан, чем турок; кроме того, он первым заметил то, что позже станет общим местом всех французских описаний Белграда XVII века, а именно обилие вкусной и дешевой рыбы, которая к тому же еще и очень жирна, потому что «в реке поверх песка лежит около двух пядей ила». Луи Жедоан прилагает к своему описанию города копии писем, которые он посылал во Францию из Белграда до того, как после двух безуспешных попыток ему удалось все-таки выбраться из города, семь миль проскакав в направлении к Гроцкой, словно по лугу, по покрытому льдом Дунаю, и хотя под копытами хлюпала вода, «вернуться в Белград было опаснее, чем продолжить путь». Жан-Батист Тавернье оценил хлеб, вино и мясо в Белграде как вкуснейшие и дешевые, а рыбы, по его словам, было столько, что он «ел только печень и молоки, отдавая все остальное нищим». Кикле в Белграде наслаждался зрелищем танцующих под музыку мужчин и женщин и был свидетелем извлечения из Тамиша «необычных чудовищ старых времен». А. Пуле считал Белград в 1658 году «самым важным городом под властью султана в Европе за исключением Царьграда». Он описал обряды всех вер в Белграде, но отверг приглашение лично наблюдать чудесные камни, которые христиане «переносят с одной стороны большой реки на другую». По его оценке, поле для военных смотров в Белграде «длиной вдвое превышает Place Royale в Париже и превосходит его шириной», однако протяженность города «всего в нескольких местах равна Парижу». Луи дю Мэ видел в Белграде в 1663 году, как тысяча пеших воинов, каждый из которых вел под уздцы коня, выступали впереди великого визиря, отправившегося в поход на Австрию. Франсуа Пти де ла Круа описывает, как после неудачной осады Вены был казнен в Белграде великий визирь Кара-Мустафа. Жан де ла Брин стал свидетелем волнений в турецкой армии и при дворе в 1688 году и захвата Белграда в тот же год австрийцами, а некий анонимный автор, французский путешественник, оставил воспоминания о том, как турки снова заняли город в 1690 году, когда взрыв запасов пороха в белградской крепости уничтожил дворец деспота Стефана Лазаревича и открыл врагу дорогу к городским укреплениям. Он же свидетельствует и о тщетных попытках австрийцев вернуть город в 1693 году, когда их артиллерия обстреливала Белград с кораблей и с суши. Все упомянутые авторы были шокированы тем страхом перед турецкими завоевателями, который царил среди порабощенных христиан. Правда, и сами они не без трепета решались носить французское платье, скрывая его под восточными плащами.