Читаем Билоны полностью

— Гордыня делу не помеха! В нее в моем мире облачена истина, которой САМ назначил во Вселенной положение изгоя. Истина же, какой бы из миров она ни представляла, без этих качеств не существует. Выходит, что и гордыня вправе заслуженно носить на себе ордена истины. А еще складывается, что и разуму изгоев не чужд тот же набор рабочих качеств, что и разуму, как вы любите выражаться, истинно божьих тварей. Ты не раз убедишься в этом, если не будешь постоянно превращать разговор в щипки того, к чему, как Я вижу, вычурно неравнодушен. Завидуешь что ли? Не скромничай, скажи! Мой ресурс гордыни неисчерпаем. Могу поделиться. По дружбе. Хотя о ней лучше не упоминать. Меня совершенно не тянет снова впасть в благодушие балагура, о недопустимости которого на встрече зла и добра предупредил голос, принявшего нас поля.

Дьявол специально не признал услышанное эхо голосом Спасителя. К этому признанию он рассчитывал подтолкнуть первого ангела. Вот тогда его победа над ним могла подняться до ранга окончательной, потому что была бы одержана в присутствии и при гласной поддержке СЫНА БОГА. Одержав верх над разумом этого дуэта, он оставался один на один с САМИМ, которому в борьбе с хозяином антимира уже не на кого было положиться. Заключение договора Создателя со злом о разделении власти во Вселенной становилось для Дьявола реальностью. Промежуточной. Как завершение первого этапа плана по захвату всякого, что вышло когда-то из НАЧАЛА ВСЕГО.

Соображений по второму этапу у него не было. К нему еще надо было подойти, не превратившись стараниями САМОГО, Спасителя и ЕГО ВОЛИ в посмешище, а не властелина Вселенной.

— Ты бы оставил мою гордыню в покое. Ее трогать рискованно, — продолжил Дьявол, стараясь с этого эпизода закрутить всю дальнейшую интригу диалога. — Гордыня зла оказалась намного сильнее нужды человека в животворящем добре. Взыграв в разуме людей, она стала причиной их отказа от присутствия Богочеловека на Земле. Скажу больше. Во всей красе невосприятия истин, принесенных людям СЫНОМ БОГА, она проявилась в разуме именно избранного БОГОМ-ОТЦОМ народа, а не тех, кому он позволил тиранствовать над ним, развлекая душу красочным поклонением идолам, поднятым до уровня Богов. Гордыня — это непокоренное САМИМ мужество зла. Я наполнил им души людей в количестве, оказавшемся достаточным, чтобы человека не согнул страх, когда возгордившийся разум повел его на убийство СЫНА БОГА.

— Хочешь сказать, что не ты и клевреты убили Спасителя, — как-то по-обыденному, без особой заинтересованности в ответе, спросил ЕГО ВОЛЯ.

— Конечно не мы! Какой смысл абсолютному злу убивать того, чья смерть становится подтверждением вечности ЕГО жизни?! Заметь — вечности ЕГО жизни, а не человека. Для нас, антимира, нет никакого смысла, потому что у БОГА, единосущного САМОМУ, смерти быть не может. Если Спаситель — БОГ, то БОГА мы не убивали. Нельзя же совершить то, чего нет в природе бытия!

Другое дело, коли Спаситель еще и человек, отделивший себя от людей правом толковать истину и добра, и нашего зла. Здесь мы через свое естество переступить не смогли. Никто иной, как САМ, вынудил нас в него обратиться, поддерживая СВОИМ молчаливым согласием все, что совершает зло на Земле. Раз уж так сложилось, то нам пришлось обеспечить условия, когда смерть одного спасла от закабаляющего добра всех. Сделать это было несложно. Мы, когда-то предложили людям, не навязывая, украсить их, обедненную добром душу, одной из драгоценностей сущности антимира — гордыней. Дар человечеством был принят с воодушевлением, переходя от поколения к поколению, как неотторгаемая от души и разума реликвия. И когда СЫН БОГА, раздразнивший и оскорбивший людей своей человеческой непорочностью, решил выбросить из души человека эту сущность, люди убили ЕГО как обыкновенного преступника.

Вины антимира в этом убийстве нет. Спасителя убили те, для кого наша истина стала реальнее вечной жизни и вечного царства БОГА. Может быть, БОГУ они бы и поверили, а человеку — никогда! Спаситель сам спровоцировал СВОЮ смерть. ОН совершил, по моему разумению, недопустимое, придя к людям не как СЫН БОГА, а как человек, пожелавший стать царем людских душ. Оказалось, что божьи твари не выносят, когда рядом с ними появляется подобное им по плоти существо, но мыслящее и идущее по жизни как воцарившийся на Земле БОГ. Таких они убивают. Прилюдно! Не тая от других свое смертоносное действо.