Читаем Библиотекарь полностью

– Полгода назад мы все здесь оплакивали товарища Вязинцева… Вы знаете, Совет проводил дополнительное расследование. Вязинцев стал жертвой уличных хулиганов. И ваш читатель Егоров, если мне не изменяет память, погиб под колесами какого-то подвыпившего мерзавца, подло сбежавшего с места происшествия. В этих трагедиях можно винить тотальную бездуховность нашего общества, высокий криминогенный фактор, царящий в стране… – Терешников посуровел. – Но вчера гореловская читальня потеряла троих! Я очень надеюсь, у вас найдется достаточно доказательств, чтобы оправдать этот поступок.

Народ в цеху зашумел, обсуждая услышанное. Марченко насуплено кивал словам Терешникова.

– Несомненно, – Маргарита Тихоновна грозно уставилась на Марченко. – Доказательства будут сегодня предоставлены собранию!

– Итак, – огласил Терешников. – Кто хочет начать? Товарищ Селиванова, вы?

– Пускай он!

– Уступаю это право коллеге, – нашелся Марченко.

Терешников поморщился:

– Мы не в школе. Отставить препирательства… Хорошо, заслушаем Селиванову!

Маргарита Тихоновна, чуть прокашлявшись, начала:

– Нынешнее происшествие уходит корнями в события двухлетней давности, когда при странных обстоятельствах нашего читателя Павла Егорова сбил шальной грузовик, – так заключила, исходя из травм, медицинская экспертиза. Я не спешу делать выводы по поводу грузовиков и замечу сразу: факт, что именно этим видом транспорта пользуется гореловская читальня, не является для нас доказательством их вины…

Марченко буркнул:

– И на том спасибо…

По цеху прокатился гул, непонятно, поддерживающий или осуждающий его ремарку.

– Тишина! – строго произнес Терешников и кивнул Маргарите Тихоновне: – Продолжайте.

– Действительно, грузовиков в России много, пьяных водителей тоже хватает, и один задавил нашего товарища Павла Егорова. Несчастный случай. А через месяц здесь, в этом зале товарищ Марченко предложил Максиму Даниловичу принять к нам одного достойного человека, Бориса Аркадьевича Шапиро, происходящего из северодвинской читальни.

– Я протестую! – вскинулся Марченко. – Это не было рекомендацией. Я лишь огласил положение вещей. Кроме меня, там находились представители из Смоленска и Белгорода, а также библиотекари нашего региона – товарищи Буркин, Латохин и Симонян. Они могут подтвердить. Ваш Вязинцев сам взял Шапиро, дескать широнинская читальня недавно потеряла читателя!

– Конечно, конечно, – недобро улыбнулась Маргарита Тихоновна. – Только чего вы вдруг стали оправдываться, товарищ Марченко? Я, кажется, вас еще не попрекала этим Шапиро? Может, заранее предчувствуете, а?

– Я ничего не знаю, кроме того, что вчера были зверски убиты трое моих людей, а четвертый получил тяжелые ранения, мне и моей читальне предъявлены возмутительные, ложные обвинения! – яростно процедил Марченко.

– Ти-ши-на! – в который раз крикнул Терешников, унимая поднявшийся в цеху шум. – Товарищ Марченко, у вас будет время высказать свое мнение. Не перебивайте!

Маргарита Тихоновна, выждав несколько секунд, продолжила:

– Присутствующие наверняка помнят те печальные события. Северодвинская читальня попалась на подделках, после чего была закрыта Советом. Книгу они выдавать отказались, и все, кто пытался оказать сопротивление, погибли в поединке с войсками Совета…

– Но это было официальное решение, – быстро встрял Терешников. – Закон!

– Я и не оспариваю, товарищ Терешников, а напоминаю суть. Единственный, кто выжил из северодвинских читателей – это Шапиро. Чего скрывать, наш регион отнесся с большим сочувствием к событиям в Северодвинске… Тем более с этими подделками дело было темное…

– Товарищ Селиванова! Я попрошу вас!

– Извините, это личное мнение… Одним словом, мы взяли Шапиро к себе. На первый взгляд, читатель идеальный. Максима Даниловича боготворил, услужливый был, восторженный. Шутить любил. Привыкли мы к нему… Вот… А в ноябре со мной произошла неприятность, я поскользнулась и сломала ногу. Лежала дома. Вязинцев носил ко мне Книгу в соответствии с установленным графиком чтений. Я вообще-то была против, не хотела, чтобы Книга покидала стены читальни… Максима Даниловича, как правило, всегда сопровождал охранный эскорт. Шапиро был в курсе графика. Чего он не знал, так это того, что Максим Данилович оставил Книгу у меня и в одиночку, без сопровождающих направился домой… Позволю себе небольшое допущение: если бы Максим Данилович был с Книгой, а нападавшие оказались не просто бандитами, то наша читальня прекратила бы свое существование. – Маргарита Тихоновна умолкла.

Было слышно, как гудит и рокочет ток в неоновых трубках плафонов.

– Из того, что вы рассказали, – нарушил паузу Терешников, – не следует, что Шапиро связан с гореловской читальней и выполнял их волю.